Международный Центр Рерихов - Международный Центр-Музей имени Н.К. Рериха

Международная общественная организация | Специальный консультативный статус при ЭКОСОС ООН
Ассоциированный член ДОИ ООН | Ассоциированный член Международной Организации Национальных Трастов
Коллективный член Международного совета музеев (ИКОМ) | Член Всеевропейской федерации по культурному наследию «ЕВРОПА НОСТРА»

Семья РериховЭволюционные действия РериховМузей имени Н.К. РерихаТворческие отделыМеждународные конференции
Культурно-просветительская работаЗащита имени и наследия РериховМЦР: общие сведенияСотрудничествоПомощь Музею

      рус  eng
СТРАНИЦЫ  Новости МЦР|Новости сайта
версия для печати
27.03.2017

Т.О. Книжник «Культурный визит»

Рабочий день 7 марта я провела на улице вместе со своими коллегами. Многие из нас застали еще то время, когда общественный музей имени Н.К. Рериха размещался в маленьком флигеле; главное здание усадьбы вполне бы подошло для натурных съемок фильмов о войне, а сам двор был «обустроен» в лучших традициях российской глубинки. Мы, стоящие за воротами усадьбы Лопухиных, создавали музей своими руками, вкладывали в него душу и силы и не один год занимались научной, миротворческой и культурно-просветительской работой на благо своей родины. По ту сторону находились наши друзья и соратники – отрезанные от мира, с отобранными телефонами, голодные. Кого-то сотрудники МВД доставили на работу прямо из дома, кто-то по графику открывал в этот день музей. Моя коллега-художница специально приехала на работу пораньше, чтобы сделать пригласительный билет для выставки одной картины – теперь уже несостоявшейся – но была выдворена из кабинета в коридор. На территории усадьбы прогуливались ОМОНовцы, и все мы переживали за нашего вице-президента: как можно работать в таком чудовищном напряжении – суды, проверка за проверкой и бесконечные потоки лжи. Стемнело, но люди не расходились, они грелись в машинах, отвечали на звонки единомышленников из других городов, волнующихся за судьбу музея, и пытались воспрепятствовать выезду транспортных средств.

Что же происходило в самом центре Москвы, средь бела дня, а затем и под покровом ночи, что заставило наши сердца содрогаться от боли и возмущения? Воровство. Обычное воровство, прикрытое правоохранительными органами и высокопоставленными чиновниками Министерства культуры. С 9.50 утра 7 марта и до 5.30 утра 8 марта 2017 года под прикрытием проведения «следственного эксперимента» сотрудники Росгвардии, представители УБЭП и следственных органов, координируемые советником министра культуры РФ К.Е. Рыбаком и заместителем директора Государственного музея Востока по научной работе Т.К. Мкрычевым, занимались ограблением общественного музея имени Н.К. Рериха. Не дожидаясь приезда вице-президента Международного Центра Рерихов и адвоката, изолировав присутствовавших сотрудников, отключив камеры видеонаблюдения и сигнализацию, визитеры-погромщики снимали картины со стен, наспех упаковывали и увозили в хранилище ГМВ, а также изымали документацию из отдела учета и архива. О каком-либо соблюдении условий хранения вывозимых культурных ценностей мирового значения не было даже и речи.

На сайте Министерства культуры какое-либо официальное заявление по этому поводу отсутствует. Оно и понятно – тандем силовиков и культурных работников – уродливая, искусственно выращенная химера. Поначалу представители Минкульта и вовсе открестились от того, что имеют к этому «эксперименту» отношение, однако, когда стало ясно, что Рыбака с уловом видело множество свидетелей, которые не собираются молчать, пришлось как-то отреагировать. В разделе «Полемика» разместили статью Ольги Большаковой из «Новой газеты», транслирующую совпадающую с позицией чиновников версию: «Следователи изъяли 200 картин, предположительно – приобретенных экс-главой «Мастер-банка» Борисом Булочником на похищенные средства этого банка, – говорится в ней. – Мы провели свое расследование, и выводы, увы, нас не порадовали: скорее всего, МЦР в этой истории не жертва, а часть схемы, которую следователи квалифицируют как мошенничество» [1].

Разгром, учиненный чиновниками в музее, действительно официально связывают со следствием по «Мастер-Банку», лишенному лицензии в ноябре 2013 года. Однако известно, что «Арбитражный суд Москвы отклонил заявление Агентства по страхованию вкладов (АСВ) о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество бывших членов органов управления «Мастер-Банка» в размере 24,6 миллиарда рублей (03.02.2017)». Рассмотрение заявления Агентства по страхованию вкладов (АСВ) вторично отложено до 25 мая. Таким образом, никто арест на личное имущество Б.И.Булочника пока не налагал. «Следовательно, и находящиеся под «следствием», приобретенные на невыплаченные банковские кредиты картины, – пишет аналитик М.М. Бакланов, – не могут пока быть изъяты для погашения этой части долга. Как «вещдоки» следствия они могли вполне храниться в МЦР до окончания судебного решения по делу Банка. Так в принципе все и обстояло, поскольку их ранее СК России уже объявил «не выездными» и оставил под «домашним арестом» на ответственное хранение. Речь идет о личном даре Булочника в 2013 году 9 картин» [2].

Картины, подаренные Б.И. Булочником, находятся в собственности МЦР на основании дарственных документов. Дары были сделаны без всяких ограничений со стороны дарителя, оформлены согласно правилам ГК РФ и больше дарителю не принадлежали. Эти полотна не украдены, не находятся в розыске, предыдущие владельцы не выражали на их счет каких-либо претензий, более того, на известных мировых аукционах проверялся их провенанс, или история бытования. Иными словами, они приобретены законным путем. И если даже картины действительно обременены со стороны дарителя непогашенным кредитом, Центр в любом случае выступает добросовестным приобретателем дара.

Количество изъятых вещественных доказательств не ограничилось девятью. У общественного музея изъяли 200 живописных и графических произведений отца и сына Рерихов, подаренных не только супругами Булочник, но и другими лицами, а также Благотворительным Фондом имени Е.И. Рерих, причем вместе с оригиналами и копиями договоров дарения (!!!) Нужно ли говорить, что поскольку договора дарения являются международным юридическим правовым актом, подтверждающим законность владения картинами, то подтвердить право собственности на эти произведения, не имея на руках документов, отныне будет весьма сложно. Необходимо отметить, что следственные мероприятия проводились в рамках 2011‑2013 годов, и причем здесь другой, более ранний период деятельности «Мастер-Банка», решительно непонятно. Известный коллекционер, вице-президент «Арт фонда Тамойкиных» (Швейцария) и международный эксперт в вопросе оценки культурных ценностей Михаил Тамойкин утверждает, что «арестовывать или накладывать ограничения «службы» (согласно международному праву, которое РФ подписала и ратифицировала) могут только на активы, которые лично принадлежат (на момент вступления в действие решения суда или соответствующего уполномоченного органа) нарушителю. <…> Если на момент приобретения и дарения предметов материальной культуры НЕ БЫЛО претензий к г-ну Булочнику, то юридически (если следовать международному праву и законодательству РФ) предметы НЕ могут быть «притянуты» к какому-либо спору» [3]. Поэтому изъятие других даров, полученных ранее от Б.И. Булочника и других дарителей, является небывалым прецедентом, вопиющим нарушением всех норм российского и международного права. И вся ситуация со «следственным экспериментом» в музее накануне Международного женского дня есть не что иное, как рейдерский захват рериховского наследия, организованный Министерством культуры на правах сильного.

Министерство культуры и его верные друзья активно продвигают версию финансирования общественного Музея за счет средств, якобы полученных от финансовых махинаций, и пытаются привязать МЦР к делам, творившимся в банке. Однако доподлинно известно и документально зафиксировано, что с музеем сотрудничало множество рериховских организаций – их финансовое и трудовое участие в его жизни огромно. Илья Шаблинский – член Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, выступавший на пресс-коференции в МЦР 9 марта с. г., отметил, что «правовое государство обычно различает собственность мецената, собственность конкретного физического или юридического лица и собственность организации, которая была объектом благотворительной помощи. Это два разных субъекта. Правовое государство различает это, и это достаточно старая известная проблема, но это если речь идет о правовом государстве. Но такая разница есть, я вас уверяю. И это давно известно» [4]. Наконец, в Уставе МЦР черным по белому написано: «Центр не отвечает по обязательствам государства и своих членов. Государство не отвечает по обязательствам Центра. Члены Центра не отвечают по обязательствам Центра». Это означает, что МЦР, в правление которого входил Б.И. Булочник, не несет обязательств по его действиям, связанным с профессиональной активностью.

Неужели возможно, что «изъятые по необходимости вещественные доказательства по текущему уголовному делу, будут теперь изучаться органами на предмет, нет ли случайно на картинах следов финансовых афер от Банка, – иронизирует М.М. Бакланов. – Они что, будут при этом лежать в камере хранения вещдоков? Нет, они, как картины высокой ценности и строгих правил хранения, перекочевали сразу же скорее в ГМВ, где есть на это надлежащие условия. Да и помилуйте, как можно рассчитаться в любом случае с долгом Банка картинами? Их что, превратят в деньги с молотка и тоже государство, которое не приобрело для музеев за эти годы ни одной картины Рерихов, теперь расщедрится и выкупит все гуртом на погашение долгов каким-то абстрактным клиентам Банка? Не смешите народ: всем однозначно ясно, что произошел незаконный рейдерский захват имущества Центра не в целях расследования действий Банка, а в целях под этот шумок изъять тот пул картин, находящийся в частной собственности Центра, который невозможно получить обычным способом. Музей стараются обобрать буквально до нитки, затем выкинуть из Усадьбы и на этом закончить его многолетнее существование, устранив все связанные с ним проблемы и неудобства» [5].

Ликвидация самого «Мастер-Банка» стала одним из важнейших направлений борьбы с непокорным общественным музеем, созданным по воле С.Н. Рериха. Совпадение ли, что 11 ноября 2013 года министр культуры В.Р. Мединский обратился с письмом к В.В. Путину (которое было составлено таким образом, что президент мог оставить на нем резолюцию единственного содержания: «Принять меры для обеспечения интересов государства»), а спустя несколько дней была отозвана лицензия у «Мастер-Банка» и началась организованная клеветническая компания против крупнейшего российского мецената Б.И. Булочника, на протяжении 20 лет безвозмездно помогающего общественному Музею имени Н.К. Рериха и другим культурным организациям? Вряд ли. «Скованные одной цепью, связанные одной целью» тщательно все спланировали.

Каким образом государство заботится о культуре – вопрос из разряда риторических. Полистайте прессу, включите телевизор, и вы получите исчерпывающее представление о том, что нынче вкладывается в понятие «культура». Б.И. Булочник – один из немногих людей, кто понимал истинный смысл культуры, что именно она является важнейшей частью человеческого бытия. Вот почему культурное строительство стало смыслом его деятельности. Сдержанный и немногословный, лишенный и тени самодовольства, он поддерживал Музей имени Н.К. Рериха в самые тяжелые времена. Борис Ильич и его супруга Надежда Михайловна искренне радовались каждой вышедшей книге и были одними из самых преданных читателей. Несмотря на огромную занятость, они всегда выкраивали время, чтобы посетить наши конференции, научные семинары, памятные дни. И несказанно тяжело видеть, как в очередной раз бросили камень в человека, который покупал рериховские полотна на международных аукционах не для украшения своего дома, а для народа, который думал не о своем имидже, а о культуре. Прекрасно написал(а) о нем независимый журналист Drolma1: «Борис Ильич Булочник, независимо от того, что решит по его делу суд, останется в истории российской культуры. Дело «Мастер-банка» канет в лету. Купленные им картины Рерихов останутся в России. Блистательная усадьба Лопухиных будет навсегда связана с именем Булочника. Так действует объективный закон истории, в которой культуре отведено привилегированное положение. <…> Даже если на суде будет установлено, что Булочник виноват, что он взял чужие деньги, и его осудят – его и простят. За музей, за картины подаренные – простят. А других – тех, кого не осудят в суде – не простят никогда. И мы знаем, почему и за что. И они знают» [6].

«Культуру потребляют» – с горечью говорила наша австрийская коллега, занимающаяся популяризацией идей Пакта Рериха. О западных ли обывателях ее слова? Мы ходим по отреставрированным залам усадьбы Лопухиных и восхищаемся прекрасными полотнами Мастера, мы называем цифры – приобретено 300 картин, издано 250 книг, проведено 660 выставок. И вот кого-то коробят имена наших современников – Л.В. Шапошниковой, Ю.М. Воронцова и Б.И. Булочника, соседствующие с великими именами. Только крайнее невежество может полагать, что все это образовалось само собой, волшебным образом было извлечено из грузового отсека самолета, прилетевшего из далекой Индии, а затем уютно разместилось в прекрасном здании. Только малодушное сердце, трусливо съеживающееся при слове «отдавать», может усмотреть в мотивах мецената корысть. Раз отдает, то исключительно потому, что некуда девать деньги – наворованные деньги, заметьте. И невдомек такому сердцу, что это просто сильный, зрелый человек, который стремится максимально полно реализовать свои возможности, желает делать что-то нужное для других, давать людям как можно больше. Он радость от этого испытывает – радость быть нужным, полезным и востребованным. А в чем ваша радость, неуважаемые злопыхатели? Неужели в ненависти? Или все настолько привыкли к роли маленьких птенчиков с открытыми клювиками и попрошаек, которые сидят и ждут, что за них все сделают другие, что появление в толпе потребителей подобного деятеля и строителя, каким был Б.И. Булочник, вызывает «разрыв шаблона»?

Вокруг событий 7–8 марта выявилось многое: и страх публичных персон, и безразличие музейного сообщества [7], и неприкрытое злопыхательство в рядах РД. О последнем явлении хотелось бы сказать особо. Зависание в стадии мести людям, которые трудились и трудятся во имя исполнения воли Рерихов, для некоторых наших оппонентов затянулось на годы. Успокоиться они не хотят, вернее, уже не могут. Ненависть, постоянная концентрация на образе врага очень быстро меняет энергетическую структуру человека. И если здоровая личность получает энергию от труда и творчества, любви и дружбы, не говоря уже о таком мощном источнике, как Наследие, то такие «застрявшие» люди уже не могут полноценно заниматься другими сферами жизни – образ неприятеля, взращенный в их сознании, застилает горизонт и с каждым обсуждением связанных с ним эпизодов становится все ярче, больше, сильнее и опаснее. Агрессия в сторону вражеской цитадели дает ощущение притока сил, и они с радостью готовы оказывать поддержку всем без разбора, лишь бы поскорее уничтожить ненавистный объект. Поток энергии от периодов ненависти, вдохновение от подлых выдумок и грязных сплетен, удовольствие от картин мести – постойте, но это уже нечеловеческое бытие, духовное самоубийство.

Все эти коалиции с сильными мира сего сильно напоминают воплощенные в жизнь детсадовские угрозы о старшем брате-боксере и папе-милиционере, которые придут и накажут «обидчиков». А сами ненавистники общественного музея – маленьких обиженных деток, которым что-то не дали, а должны были дать. Святослав Николаевич – наследие родителей, Людмила Васильевна – место у руля, а сам музей – обслуживание по высшему разряду. «Где мое наследие?!» – негодуют великовозрастные мальчики и девочки и топают ножками. Почему Святослав Николаевич передал его не туда? Караул, Шапошникова утянула! МЦР припрятал! Они-то должны были записывать сны в тетрадку, пить валериану и обсуждать на форумах вопросы самосовершенствования, а за это им были положены картины и рукописи – с доставкой на дом. А теперь выходит, что их творческие способности не расцвели, научные труды не написались, а грандиозные культурные проекты не реализовались – и все потому, что все это время МЦР мешал им изучать Наследие и работать с ним. И это при том, что книги Живой Этики появились на книжных прилавках России еще в начале 1990‑х, а картины отца и сына Рерихов стали выставляться со времен хрущевской оттепели. Почему-то все забыли о фондах ГТГ, ГРМ, Новосибирской картинной галереи и, наконец, самого ГМВ. Откуда эти разговоры, что вас чего-то лишили, все эти сожаления о несбывшемся? У вас не было ничего. Все, что есть у всех нас по умолчанию, – это невежество, инертность, самомнение и раздирающие на части желания. Остальное нужно заработать, выстрадать, взрастить в себе упорным трудом, а если не получается, то никакое огосударствление Наследия не поможет.

Понимают ли наши оппоненты, что играют незавидную роль, отведенную им в плане известных сил, где разрушение общественного музея МЦР только начало широкомасштабной операции? Следующим этапом станет дискредитация философии Живой Этики и объявление рериховского движения вне закона. Не случайно летом прошлого года Министерство юстиции проверяло МЦР на экстремизм, а Минкультуры Крыма (не без указки старшего брата) обвинило Крымское рериховское общество в пропаганде оккультизма. Сотрудников, оказавшихся в момент обыска в музее, оперуполномоченные называли сектантами и преступниками и обращались с ними соответствующим образом. Из последних новостей: Т.К. Мкртычев, «не понимающий», о каком таком рейдерском захвате идет речь, рассказывает журналисту, что «Людмила Васильевна Шапошникова собрала вокруг себя большую группу адептов, людей, которые так или иначе хорошо относились к наследию Рерихов, и создала из этих людей фактически тоталитарную секту. И эта тоталитарная секта проводила совершенно агрессивную политику по отношению не только к государству, но и к большой части рериховского движения» [8]. И это говорится об ученом мирового уровня, обладателе государственных наград за сохранение культурного наследия.

Молчание не всегда золото. Поначалу радетели о Наследии промолчали, когда вышеупомянутый специалист по буддизму, мечтающий о директорском кресле, и журналист В. Соловьев отпускали скабрезные шутки о Рерихах, называли Живую Этику «ересью, ерундой, связанной с Блаватской» и глумились над священными для Востока понятиями, – настолько приятно было слышать выражения про крыс и пауков в адрес МЦР. Затем, когда на телеканале «Россия 1» неоднократно прозвучали высказывания о «сомнительной литературе» и «печатной продукции сомнительного содержания» – тревожные звоночки и недвусмысленные указания на то, что борьба за материальную часть Наследия Рерихов в основе своей имеет более глубокую причину (противодействие распространению мировоззренческих идей Живой Этики, или духовной составляющей Наследия). Было ясно, что заказчики сюжетов – руководство Минкульта и ГМВ – имеют четко выраженную позицию по данному вопросу, но борцы за «правое дело» создания государственного музея на развалинах общественного проглотили и это. Выходит, их совершенно не задели подобные кощунственные и агрессивные выпады в адрес тех, кого они называют своими Учителями, а если что-то и дрогнуло в груди, то услужливый рассудок вовремя подсказал, что не стоит портить отношения с сильными мира всего, да и «братья по оружию» не поймут. И вот сегодня вконец обнаглевшие погромщики параллельно устраивают травлю общественного музея в СМИ, выступая в качестве «экспертов» вместе с такими скандально известными фигурами, как «сектовед» А. Дворкин. Тысячу раз права была Л.В. Шапошникова, предупреждавшая еще в 2003 году: «Сейчас торжество невежества. В стране. В рериховском движении. Невежество формирует общественное мнение. Запомните – если мы отдадим общественное мнение этому невежеству, этой темноте, этому хаосу, мы не сможем ничего сделать. < … > Торжество может превратиться в господство» [9].

Советник министра культуры К.Е. Рыбак – руководивший полицейской операцией в музее и указывавший следователям, какие картины изымать, в открытую говорил и говорит о своей нелюбви к Рерихам. Если его криминальные таланты не вызывают у наблюдателей и молчунов ни малейшего дискомфорта, то как быть с пробным камнем – именем Рериха? С заветом «держать имя выше высшего», многократно повторяющемся в огненных посланиях Е.И. Рерих?

«…Для облегчения определения благонадежности Владыка указал нам судить о приемлемости подходящих по степени звучания их на имя Рериха. Ибо Щит Владыки и всего Великого Братства будет там, где это имя уважается. В наших делах американских этот пробный камень оказался непреложным» [10]. Как быть с этим? Или с этим: «Неужели кто-то может хотя бы на минуту допустить мысль, что Музей и дела, начатые с чистым устремлением к общему благу, могут быть уничтожены без тяжких последствий?» [11]. В числе картин, похищенных накануне Международного женского дня, оказалась «Матерь Мира», посвященная главе Иерархии Света нашей планеты, – преступная рука осквернила самое высокое.

Небывалое кощунство, произошедшее 7–8 марта по отношению к Наследию семьи великого художника, патриота и миротворца, лишний раз подтвердило правоту решения Святослава Николаевича Рериха передать созданное им и его родителями общественному музею, а не государству. Если «заслуженные работники культуры», музейщики и «эксперты» взламывают двери музея кувалдой и забирают приглянувшиеся картины под прикрытием ОМОНа, то о какой охране произведений искусства и политике государства в сфере культуры может идти речь? Совершенно очевидно, что организаторы этого постыдного погрома и Культура находятся в разных пространствах, а защита культуры в нашей стране, по прозорливому выражению Л.В. Шапошниковой, дело небезопасное. Вечером 20 марта стало известно, что Арбитражный суд г. Москвы принял сторону ГМВ в деле о выселении МЦР из усадьбы Лопухиных – еще один образчик того, как работают законы в нашем правовом и демократическом государстве. У дома, обустроенного на чужие средства и чужими руками, объявились хозяева, а детищу Святослава Николаевича в скором времени прикажут выметаться. Что характерно, СМИ начали пиар-сопровождение процесса еще за несколько часов до того, как представители сторон вошли в зал суда. Наш давний друг, заместитель министра культуры В.В. Аристархов, дает по поводу случившегося лукавые комментарии в духе хорошо знакомой всем с детства сказки: по его версии, зайцу ничего не угрожает, ему даже позволят находиться в лубяной избушке у доброй хозяюшки-лисы в услужении – при определенных условиях, разумеется.

Действительно дремучий лес. Все время хочется надеяться, что человечество переросло эту дикую стадию развития, но действительность говорит, что нет. Что труженики культуры по-прежнему в этом мире гости, стоящие за воротами. Однако рано радуетесь, господа захватчики, не на тех нарвались. Мы знаем, для чего мы живем и ради чего трудимся в стенах нашего общественного музея. И работа эта стала делом всей нашей жизни, которое мы будем продолжать в любых условиях. У музея немало друзей, для которых выполнение заветов его основателя С.Н. Рериха и почетная обязанность, и счастливая возможность отстоять будущее России как страны Культуры. «Необходимо уметь сражаться за Культуру, – писала Е.И. Рерих, – тогда только человечество начнет выходить из своего одичалого состояния» [12]. Бесполезно взывать к совести чиновников – они стремились к власти не для того, чтобы помогать, поддерживать, защищать. У них другая система ценностей. Бессмысленно ждать, что откуда-то извне появятся неравнодушные журналисты и вступятся за крупнейший в России общественный музей, поведав миру правдивую историю его противостояния сильным мира сего. Защита Культуры и ее носителей – наша священная обязанность и наш важнейший эволюционный экзамен. Судьба нашего общественного музея в наших руках. Мы вместе!

Татьяна Книжник,
главный редактор публикаторского отдела МЦР
17–24 марта 2017 г.


[1] Что происходит вокруг Международного Центра Рериха/ / Официальный сайт Министерства культуры РФ, Режим доступа: http://mkrf.ru/press-center/polemic/chto-proiskhodit-vokrug-mezhdunarodnogo-tsentra-rerikha

[2] Бакланов Михаил. Вкус барбариса-2 //Культурно-просветительный портал «Адамант». Режим доступа: http://www.lomonosov.org/article/vkus_barbarisa_2.htm

[3] Обращение М.Тамойкина в связи с сюжетом Первого канала Российского ТВ о проведении обысков в Международном Центре Рерихов и изъятии правоохранителями его коллекции картин Рерихов. Комментарии. Режим доступа: https://youtu.be/ruxOxGmYQO8.

[4] Пресс-конференция в Музее имени Н.К.Рериха 9 марта 2017 г. //Официальный сайт Международного Центра Рерихов. Режим доступа: http://www.icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=5179

[5] Спецназ взломал дверь Центра Рерихов и изъял более 200 экспонатов. Комментарии //Культурно-просветительный портал «Адамант». Режим доступа: http://www.lomonosov.org/article/specnaz_vzlomal_dver_centra_rerihov.htm

[6] Drolma1. Украл, выпил… нет, купил картины, подарил музею. Режим доступа: https://cont.ws/@drolma1/553007

[7] Один только Одесский Дом-Музей имени Н.К.Рериха выразил свой протест.

[8] Чижова Л. «Запасных аэродромов нет» // Радио Свобода. Режим доступа: http://www.svoboda.org/a/28383710.html

[9] Выступление Л.В.Шапошниковой на встрече представителей рериховских организаций 10 октября 2003 г.//Архив МЦР.

[10] Письмо Е.И.Рерих К.И.Стурэ от 22 августа 1934 г.

[11] Письмо Е.И.Рерих З.Г.Лихтман, Ф.Грант, К.Кэмпбелл и М.Лихтману от 2–4 июня 1938 г.

[12] Письмо Е.И.Рерих З.Г.Фосдик и Д.Фосдику от 27 августа 1949 г.



Возврат к списку

Архив: 2013, 2012, 2011, 2010, 2009, 2008, 2007