Международный Центр Рерихов - Международный Центр-Музей имени Н.К. Рериха

Международная общественная организация | Специальный консультативный статус при ЭКОСОС ООН
Ассоциированный член ДОИ ООН | Ассоциированный член Международной Организации Национальных Трастов
Коллективный член Международного совета музеев (ИКОМ) | Член Всеевропейской федерации по культурному наследию «ЕВРОПА НОСТРА»

Семья РериховЭволюционные действия РериховМузей имени Н.К. РерихаТворческие отделыМеждународные конференции
Культурно-просветительская работаЗащита имени и наследия РериховМЦР: общие сведенияСотрудничествоПомощь Музею

      рус  eng
версия для печати
СТРАНИЦЫ  Наследие Рерихов в опасности|Правда о коллекции С.Н. Рериха | Трагедия коллекции Ю.Н. Рериха| Росимущество против МЦР | Наследие Рерихов в Индии | В защиту мецената МЦР | В защиту Музея имени Н.К.Рериха
 
 Д.Ю. Ревякин, А.Л. Прохорычев

Будущее общественного Музея имени Н.К. Рериха
не должно зависеть от воли бюрократов из Минкульта

Бюрократия есть сила, утратившая цель
своей деятельности и потому ставшая бесцельной,
но не переставшая быть сильной.
В. Ключевский. Дневниковые записи 1902–1911 гг.

...Каждый из них, не сомневаясь, брался руководить
решительно и твердо тем, чем руководить его назначили.
И овощеводством, и свиноводством, и любым производством,
и любой наукой и искусством. И если случайно оказывалось,
что в какой-то области человеческих знаний проявлял он
некоторые способности или познания, то его тут же
перекидывали в другую область, постепенно доводя до той,
в которой он не смыслил ни уха ни рыла, где он,
как в безбрежном океане, плыл, не имея перед собой
никаких ориентиров, кроме той путеводной звезды,
которая называлась Очередным Указанием.
В. Войнович. Жизнь и необыкновенные приключения солдата Ивана Чонкина

11 августа 2015 г. руководство Международного Центра Рерихов опубликовало на официальном сайте организации письмо директора департамента культурного наследия Министерства культуры М.А. Брызгалова в адрес президента МЦР А.П. Лосюкова от 08.07.2015 № 2061-05-05 под грифом «Для служебного пользования»1 .

В письме чиновник необоснованно потребовал: «принять меры по передаче государству имущества семьи Рерихов, завещанного Советскому Фонду Рерихов и без достаточных правовых оснований удерживаемого МЦР». При этом М.А. Брызгалов сослался на апелляционное определение Мосгорсуда от 20.06.2014 г. по наследию Рерихов.

Письмо М.А. Брызгалова и его содержание стало продолжением многолетней «генеральной линии» Министерства культуры, безуспешно добивающегося ликвидации общественного Музея имени Н.К. Рериха и огосударствления рериховских коллекций, принадлежащих Международному Центру Рерихов. Первое, что бросается в глаза, это то, с какой легкостью и безответственностью чиновником попрана последняя воля Святослава Николаевича Рериха, передавшего в 1990 г. наследие своей семьи Советскому Фонду Рерихов и пожелавшему создать в Москве именно негосударственный Центр-музей имени Н.К. Рериха. М.А. Брызгалов с этой волей не знаком, но это обстоятельство не освобождает его от моральной ответственности перед российским и зарубежным культурным сообществом.

Имеет смысл подробнее остановиться на письме М.А. Брызгалова – подлинного свидетельства торжества бюрократии над здравым смыслом, моралью и законом. Слабое знание директором департамента культурного наследия Минкульта закона о музейном фонде РФ, невнимательное знакомство с апелляционным определением Мосгорсуда от 20.06.2014 г. по наследию Рерихов, а также полное отсутствие знания вопроса о трагической судьбе наследия Ю.Н. Рериха, разграбленного в первую очередь при попустительстве ведомства, честь мундира и «славное» имя которого он так стоически защищает, с лихвой компенсируется странным лозунгом о якобы имеющей место озабоченности некой рериховской общественности России и иностранных государств политикой МЦР «по сохранению, популяризации и научному изучению творческого наследия семьи Рерихов»2. Анонимная и «озабоченная» общественность – это миф, всецело выдуманный чиновниками Минкульта, а истинная рериховская общественность, помогающая МЦР в его трудный час, еще скажет свое слово. Многочисленные письма протеста, направленные с момента выхода пресловутого письма рериховскими организациями в Министерство культуры, говорят сами за себя.

Еще год назад президент Ассоциации музыкальных музеев и коллекций, экс-директор Всероссийского музейного объединения музыкальной культуры имени М.И. Глинки, кадровый чиновник со стажем Михаил Аркадьевич Брызгалов, заступая на новый пост, заявил: «Департамент будет делать все возможное для поддержания и развития потенциала музеев, опираясь на существующий опыт, заложенные традиции и, конечно, внедрение новых технологий. Предстоит более подробно изучить специфику каждого музея… <…> И главное, разумеется, – помогать музеям в их развитии»3. Спустя год после воцарения чиновника на пост «изучение музейной специфики страны» в ее государевой части по-видимому завершилось и очередь «помощи в развитии» после изучения вопроса дошла и до негосударственного рериховского музея в столице. Здесь хочется вспомнить крылатые слова Виктора Степановича Черномырдина: «Хотели, как лучше, а получилось, как всегда».

В своем письме г-н Брызгалов упоминает приказ Роскультуры от 25.11.2005 г. № 667 о включении художественной коллекции МЦР в состав негосударственной части музейного фонда РФ. Подписывая приказ, Роскультура признавала факт владения МЦР 696 музейными предметами. В экспертном заключении к приказу Роскультуры за подписью А.С. Колупаевой, И.Е. Ломизе, Г.З. Быковой имеется запись о том, что «все указанные художественные произведения внесены в книгу поступлений Международного Центра Рерихов». На основании работы экспертной комиссии и был издан вышеназванный приказ. В п. 1 Приказа сказано: «Включить в состав негосударственной части Музейного фонда РФ коллекцию произведений Н.К. Рериха, С.Н. Рериха и Ю.Н. Рериха, принадлежащих МОО “МЦР” в количестве 696 предметов». Причем включение данных музейных предметов в состав негосударственной части музейного фонда РФ являлось всецело инициативой и доброй волей МЦР, который строго выполняет положения закона о негосударственной части музейного фонда РФ и добросовестно хранит и популяризирует принадлежащее организации наследие семьи Рерихов. А вот Минкульт свои обязанности по части помощи в содержании этой коллекции, к сожалению, полностью проигнорировал и никакой помощи в хранении этой коллекции не оказал, хотя закон о музейном фонде РФ такую возможность предусматривает.

Касаемо архивного фонда, стоит сказать отдельно. Г-н Брызгалов, по-видимому, спешил с подписанием письма и не заметил в подготовленной подчиненными бумаге досадной оплошности. Он утверждает, что архивные документы МЦР на госучете не состоят, но при этом являются госсобственностью. Очевидно, что не состоящее на государственном учете госсобственностью являться не может. Подготовка полной описи рериховского архива МЦР – это сложная и многолетняя работа, которая на протяжении многих лет ведется специалистами отдела рукописей МЦР. Учитывая значимость архива для России и мирового сообщества, в МЦР созданы прекрасные условия для хранения этого архива. Исследователи-рериховеды уже много лет используют его в своей научной работе. Минкульт не вправе требовать передачу описи архива, т.к. передача полной описи отдела рукописей МЦР государству – опять же добрая воля общественной организации.

Но, пожалуй, самым оригинальным образом выглядит «просьба» Брызгалова о включении в состав музейного фонда РФ «культурных ценностей, хранящихся в МЦР, в том числе поступивших из квартиры Ю.Н. Рериха в Москве». Руководство Международного Центра Рерихов и культурная общественность России и зарубежья на протяжении многих лет безрезультатно обращалась в МК РФ с требованием незамедлительно принять меры по спасению наследия Ю.Н. Рериха, оказавшегося в руках афериста В. Васильчика. Последний при попустительстве госорганов, отвечающих за сохранение культурного наследия РФ, разграбил данное наследие не в одночасье. Он делал это на протяжении как минимум двадцати пяти лет. В итоге более 90% художественной коллекции Ю.Н. Рериха, а именно картины Н.К. Рериха, находятся в частных российских и зарубежных собраниях. Используя логику письма, г-н Брызгалов как представитель государства также должен поставить перед частными коллекционерами, владеющими картинами с разграбленной квартиры Ю.Н. Рериха, вопрос о включении этих картин в музейный фонд РФ. Стоит отметить, что картины из этой коллекции уже давно выставляются на торги в известных аукционных домах. И это обстоятельство, также никого не беспокоит в Минкульте. Коллекционеры охотно покупают эти картины, т.к. произведения из коллекции Ю.Н. Рериха никогда не относились к музейному фонду РФ. Бюрократы из минкульта даже не удосужились своевременно принять меры для составления описи и фотофиксации раритетов гибнущего наследия Ю.Н. Рериха. Прокуратура и судебные органы не выпускали каких-либо решений по данному наследию. Инициатива каталогизации гибнущей художественной коллекции с квартиры Ю.Н. Рериха в итоге принадлежит не Минкульту, а Международному Центру Рерихов4 .

То немногое, что удалось спасти из наследия Ю.Н. Рериха благодаря стараниям МЦР, оказалось сохраненным для культуры страны. Более того, в общественном Музее имени Н.К. Рериха спасенное наследие, по замыслу генерального директора Музея Людмилы Васильевны Шапошниковой стало основой новой экспозиции – зала Ю.Н. Рериха. Государство не имеет ни морального, ни юридического права требовать у МЦР культурные ценности с квартиры Ю.Н. Рериха. В этой связи данное требование к МЦР выглядит нелепым фарсом. Хотелось бы напомнить экс-министру культуры Саратовской области, господину Брызгалову о том, что в его родном городе Международный Центр Рерихов провел в разные годы 4 передвижные выставки картин Н.К. Рериха и С.Н. Рериха из своих фондов. При этом данные выставки посетили тысячи его земляков. Многие годы плодотворного сотрудничества связывают коллектив МЦР со старейшим художественным музеем России – Саратовским художественным музеем имени А.Н. Радищева, где трижды с успехом экспонировались выставки картин Рерихов из фондов МЦР. И это все те картины, которыми МЦР, по утверждению г-на Брызгалова, якобы владеет незаконно. Всего же МЦР провел более 500 таких выставок в России и за ее пределами. В большинстве случаев при поддержке рериховской общественности. Более того, при временном вывозе картин Рерихов на зарубежные выставки МК РФ неоднократно давал МЦР временное разрешение на их отправку за пределы страны. Какое уж тут «незаконное владение»?

Михаил Аркадьевич Брызгалов, заслуженный работник культуры РФ и музейщик с многолетним стажем, будучи новым человеком в МК РФ, в августе прошлого года назначенным на пост директора департамента культурного наследия МК РФ, не посчитал для себя возможным разобраться в ситуации вокруг общественного Музея имени Н.К. Рериха и поставил подпись под вышеназванным письмом, рожденным не без участия Государственного музея Востока (ГМВ) и Музея-института семьи Рерихов в Санкт-Петербурге (МИСР). Ведь на то, по-видимому, было «Очередное Указание» сверху. К сожалению, г-н Брызгалов изменил своему главному принципу, так громко продекларированному в первом интервью на посту нового главы департамента: «перед тем, как сделать что-то новое, <...> изучить историю вопроса»5. Он недостаточно изучил историю вопроса Международного Центра Рерихов и его «новое» есть не что иное, как оскал старого. Этот оскал старого мира, мира наживы и безответственности, толкает российский чиновный люд на самый настоящий произвол против своей страны, против ее будущего, против еще неокрепших ростков новых эволюционных форм культуры, без которых России придется очень трудно в той полосе великого переустройства мира, которое уже насупило и в котором казенному министерству по контролю за культурой и его бюрократии место вряд ли найдется.

Стоит напомнить М.А. Брызгалову, а заодно и «специалистам» из Министерства культуры, что советскому государству, правопреемником которого является Российская Федерация, семья Рерихов в лице двух ее выдающихся представителей Ю.Н. Рериха и С.Н. Рериха ранее уже передала колоссальное по своему количественному составу наследие, которого нерасторопным чиновникам за почти более чем полвека истории так и не хватило для создания полноценного государственного музея имени Н.К. Рериха, как того хотели сами дарители. Воля Рерихов на этот счет подтверждается многочисленными письменными доказательствами. Теперь российские бюрократы, исходя их логики письма, решили ликвидировать и негосударственный музей, к созданию которого они не приложили и грамма усилий. Впрочем, по части невыполнения воли Рерихов у отечественных бюрократов богатый опыт.

В 1957 году Ю.Н. Рерих вернулся на родину и передал на временное хранение в Государственную Третьяковскую галерею огромную художественную коллекцию картин Н.К. Рериха. После проведения успешного выставочного турне с этими полотнами по центральным городам Союза, ученый-востоковед обратился в Министерство культуры СССР с предложением о передаче этой художественной коллекции государству для создания Музея имени Н.К. Рериха в Москве или Ленинграде и филиалом на Алтае, как того хотел его отец – Николай Константинович Рерих6. В результате интриг Минкульта и лично начальника отдела музеев Лебедева большая часть этой коллекции на многие десятилетия осела в запасниках Государственного Русского музея (ГРМ). Музей Н.К. Рериха в Москве или Ленинграде с филиалом на Алтае так и не был создан в нарушение воли дарителя – Ю.Н. Рериха. Не создан он и по сей день. В середине 1970-х гг. по просьбе С.Н. Рериха вице-президент Музея Рериха в Нью-Йорке Кэтрин Кэмпбелл передала в дар Министерству культуры СССР значительную рериховскую коллекцию для организации в Ленинграде государственного музея Н.К. Рериха как филиала ГРМ. На этот счет также сохранилось письменное свидетельство за подписью С.Н. Рериха7. В итоге коллекция попала в Государственный музей искусств народов востока (ГМИНВ), на базе которого в небольшом помещении был создан мемориальный кабинет Н.К. Рериха. Музей Н.К. Рериха вновь не состоялся ни в Ленинграде, ни в Москве. Не предприняло государство решительных действий для спасения рериховского наследия из мемориальной квартиры Ю.Н. Рериха в Москве, оказавшегося в руках аферистов. За спасение этой коллекции Святослав Николаевич боролся с 1960 г. и вплоть до последних лет своей жизни. Он хотел, чтобы эти культурные ценности были музеефицированы и не сгинули бесследно для отечественной культуры. Но и этого не случилось. В итоге сроки и возможности были упущены, а наследие было разграблено средь бела дня на глазах у огромной армии чиновников, включая Минкульт.

Разочаровавшись в обещаниях советских чиновников, С.Н. Рерих при поддержке четы Горбачевых, Д.С. Лихачева и др. видных деятелей культуры учредил в 1989 г. Советский Фонд Рерихов, который должен был организовать негосударственный и независимый от Министерства культуры и тем более от Музея Востока общественный Центр-музей имени Н.К. Рериха. Для этих целей Святослав Николаевич сам выбрал старинную усадьбу Лопухиных в центре столицы. А уже в 1990 г. доверенное лицо С.Н. Рериха ученый-индолог Людмила Васильевна Шапошникова привезла на родину пять тонн бесценного рериховского наследия. В 1991 г. СФР по инициативе С.Н. Рериха был переименован в Международный Центр Рерихов и стал его правопреемником, что нашло документальное подтверждение в письмах и обращениях С.Н. Рериха.

В 1993 году, спустя двадцать дней после смерти С.Н. Рериха, Государственный Музей Востока (ГМВ) незаконно перевел с временного на постоянное хранение коллекцию картин С.Н. Рериха, завещанную последним Советскому Фонду Рерихов для создания негосударственного рериховского музея, и предпринял попытку ликвидации общественного музея, которая завершилась провалом.

Именно в недрах Минкульта в 1993 г. родился проект постановления, который предполагал разрушение общественного Центра-музея имени Н.К. Рериха. На руинах негосударственного музея государевы люди собирались разместить Музей Рериха в составе ГМВ и «постоянную археологическую экспозицию», которую вышеназванному музею некуда было пристроить. И это все предполагалось реализовать в главном доме усадьбы Лопухиных?! Проект в дальнейшем был облечен в форму государственного постановления за подписью премьера-министра В.С. Черномырдина за номером 1121. Виктора Степановича министр культуры Сидоров ввел в заблуждение, т.к. для подготовки проекта постановления была использована фальшивка на имя Б.Н. Ельцина, сфабрикованная в 1993 г. бывшим секретарем С.Н. Рериха, аферисткой М. Джойс-Пунача якобы от имени вдовы Святослава Николаевича – Д. Рани-Рерих. Последняя якобы просила создать государственный рериховский музей из наследия, уже переданного ее супругом С.Н. Рерихом Советскому Фонду Рерихов, грозя в противном случае забрать все культурные ценности обратно в Индию. И это при том, что Девика Рани не была введена в наследие С.Н. Рериха, а в добавок в 1993 г. была признана индийскими правоохранительными органами недееспособной. Главным заказчиком этой фальшивки были представители из Музея Востока. Все документы по этому делу готовил все тот же Минкульт под руководством министра культуры Сидорова. Труды оказались напрасными. Благодаря усилиям руководства МЦР и лично Л.В. Шапошниковой не давшей свершиться этому произволу и активно отстаивавшей право на общественный статус музея, решение о госмузее было отменено.

В 2002 г. суд впервые стал на сторону МЦР в вопросе вступления в наследство С.Н. Рериха. Однако тогдашний министр культуры М.Е. Швыдкой добился отмены справедливого решения судей.

В 2011 году МЦР удалось вновь доказать свои права на наследие С.Н. Рериха, завещанное Советскому Фонду Рерихов, в Хамовническом суде г. Москвы. Решение суда от 24 ноября 2011 г. было принято в пользу общественной организации.

В 2012 году министр культуры А.А. Авдеев, разобравшись в ситуации с негосударственным Центром-музеем имени Н.К. Рериха, оказал содействие по восстановлению справедливости в деле исполнения последней воли С.Н. Рериха. Он стал первым из министров этого ведомства, не побоявшимся ради справедливости встать на сторону Международного Центра Рерихов. В историко-юридической справке «О коллекции С.Н. Рериха» за подписью министра А.А. Авдеева впервые на таком высоком уровне была дана правовая оценка действиям Музея Востока и Минкультуры по включению коллекции С.Н. Рериха в музейный фонд Российской Федерации. Правомерность приказа гендиректора Музея Востока от 21 февраля 1993 г. №13, вышедшего через 20 дней (!) после кончины С.Н. Рериха, о постановке картин на постоянный музейный учет, а также «узаконивший» это действо приказ Минкульта от 13 сентября 1999 г. №633 были поставлены под сомнение. Министр А.Е. Авдеев писал: «Подобная правовая конструкция по включению музейных предметов и коллекций в государственную часть Музейного фонда не предусмотрена законодательством, действовавшим на момент включения, и не предусмотрена ныне действующим законодательством. Для отнесения музейных предметов и коллекций к собственности Российской Федерации законом (Федеральный закон от 26.05.1996 № 54-ФЗ) и постановлением Правительства Российской Федерации от 12.02.1998 № 179 (Положение о Музейном Фонде, о Государственном каталоге) в качестве основания определен документально подтвержденный факт их приобретения государством. Подтверждающих документов о том, что рассматриваемые картины были приобретены Российской Федерацией или Музеем (договоры купли-продажи, дарения и т.п., что соответствовало бы ст. ст. 8 и 218 Гражданского кодекса), не имеются». Исходя из этого А.А. Авдеев сделал вывод о том, что: «Приказы Музея Востока и Минкультуры не могут рассматриваться как действия по приобретению государством права собственности на картины». Министр также упомянул о том, что «коллекция Рерихов, владельцем которой становится МЦР, и далее будет оставаться в музейном фонде РФ».

Здесь, в подтверждение выводов А.А. Авдеева уместно привести выдержку из статьи генерального директора Музея имени Н.К. Рериха Л.В. Шапошниковой «Министерство культуры против культуры», четко раскрывающей тот правовой беспредел, который устроили музейщики из государственного Музея Востока и который потом прикрыл Минкульт8. Примечательно, что судьи Мосгорсуда под председательством М.В. Строганова в своем последнем определении аккуратно обходят стороной неудобные обстоятельства постановки на государственный учет вышеназванной коллекции, упоминая в качестве правового основания только приказ Минкульта от 13 сентября 1999 г. № 638 «О государственном учете музейных предметов» и не рассматривая доводы А.А. Авдеева и МЦР о правовой ничтожности данного документа. А это самое главное обстоятельство во всей многолетней истории борьбы МЦР за коллекцию рериховских картин, незаконно удерживаемую Музеем Востока.

Цитата: «13.09.99 г., выход Приказа министра культуры РФ № 633. В нем говорится: “Приказываю подтвердить правомерность включения в состав государственной части Музейного фонда РФ музейных предметов, зафиксированных в основной учетной документации Государственного музея искусств народов Востока под №№ с 43923 кп по 44204 кп”.

Нарушения в Приказе №633 Федерального Закона “О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации”, 1996 г.: 1. Ст. 8 Закона гласит: “Включение музейных предметов и музейных коллекций в состав Музейного фонда РФ производится федеральным органом исполнительной власти <…> в порядке, устанавливаемом положением “О Музейном фонде Российской Федерации”, после проведения соответствующей экспертизы”. В Приказе нет ссылок на вышеупомянутые документы, свидетельствующие о свершении данных действий. Не предъявлены эти документы и суду. Вывод: Минкультуры РФ действий по включению в состав государственной части Музейного фонда РФ коллекции С.Н. Рериха не производило. Ибо отсутствуют следующие документы:

а) заявление ГМВ в Минкультуры РФ о включении в состав государственной части Музейного фонда РФ предметов (коллекция С.Н. Рериха), зафиксированных в учетной документации ГМВ под №№ с 43923 кп по 44204 кп;

б) протокол фондово-закупочной комиссии музея, оформленный в соответствии с нормативными требованиями;

в) акты приема-передачи предметов, подтверждающие когда, от кого и на каком основании предметы поступили в музей;

г) Приказ Минкультуры РФ, предшествующий по срокам Приказу № 633 о создании экспертной комиссии для рассмотрения заявления Музея Востока;

д) Приказ Минкульта РФ, в котором в соответствии со ст. 8 Закона сообщается решение о результатах экспертизы, регистрационный номер, под которым заявленные музейные предметы включены в Государственный каталог Музейного фонда РФ. Этим же Приказом в соответствии со ст. 16 Закона музейные предметы должны быть закреплены за Музеем Востока на праве оперативного управления. В результате отсутствия вышеупомянутых документов следует считать (на основании ст. 14 Закона), что коллекция С.Н. Рериха не является государственной собственностью;

е) статья 13 Закона гласит: “В состав государственной части Музейного фонда РФ входят музейные предметы и коллекции, находящиеся в федеральной собственности, независимо от того, в чьем владении они находятся”. Как известно, коллекция С.Н. Рериха никогда не находилась и не находится в федеральной собственности Российской Федерации и собственности бывшего СССР, о чем Минкультуры РФ прекрасно знало и знает, так как по приказу Минкультуры СССР от 30.05.89 г. № 234 коллекция без согласия ее владельца была передана только “на временное хранение” в Музей Востока».

Как следует из статьи-расследования Л.В. Шапошниковой, правовые основания для издания вышеназванного приказа отсутствовали, а значит, и перевод рериховской коллекции в госфонд не являлся законным. И именно это важное обстоятельство и должно было быть учтено судьями. Однако этого не произошло. В году 2014 году, юбилейном для семьи Рерихов, справедливое решение Хамовнического суда, вступившее в законную силу (!), было отменено.

Судебная коллегия по гражданским делам Мосгорсуда под давлением Министерства культуры и лично министра В.Р. Мединского действительно отменила вступившее в силу справедливое и законное решение Хамовнического районного суда г. Москвы от 24 ноября 2011 г. об установлении факта принятия МОО «МЦР», согласно завещательного Распоряжения С.Н. Рериха «Архив и наследство Рериха для Советского Фонда Рерихов в Москве» от 19 марта 1990 г. наследственного имущества, указанного в приложениях №№1-6 к данному документу. Но о передаче наследия С.Н. Рериха, хранящегося в МЦР, в госфонд в данном определении нет ни слова9! Для этого юристам Минкульта необходимо иметь документ о передаче наследия С.Н. Рериха в пользу государства. Но такого документа не существует, т.к. сам даритель однозначно высказал свою волю в 1989, 1990 и 1992 гг. о том, что наследие его семьи должно стать основой негосударственного Центра-музея имени Н.К. Рериха. Поэтому требование Минкульта о передаче наследия С.Н. Рериха, завещанного Советскому Фонду Рерихов, содержащееся в письме Брызгалова неправомерно.

Что же явилось для судей судебной коллегии Мосгорсуда самым главным аргументом в деле отмены законного решения Хамовнического районного суда? Главным аргументом стала резолюция президента России В.В. Путина, поставленная на письме В.Р. Мединского10. Это письмо останется в истории, т.к за подписью министра на стол первого лица государства легла самая настоящая ложь. Международный Центр Рерихов в бумаге министра предстал в роли некой, созданной в 2000 г., общественной организации, нахально отбирающей у Государственного музея Востока коллекцию из 282 картин Рерихов стоимостью 3 млрд. рублей, которой последний якобы добросовестно владеет еще с 1989 года?! И что решением Хамовнического районного суда г. Москвы от 24 ноября 2011 г. коллекция 282 картин Н.К. и С.Н. Рерихов, находящаяся с 1989 г. в Государственном музее Востока и относящаяся к государственной части музейного фонда РФ, «безосновательно передана МЦР в качестве наследственного имущества».

Министр Мединский не сообщил президенту, при каких обстоятельствах и на каком основании коллекция попала в госфонд. Он не стал упоминать ни историко-юридическую справку, подготовленную его предшественником А.А. Авдеевым на посту министра, ни тот правовой беспредел, который был устроен госмузейщиками и Минкультом в 1993 г. при незаконном переводе картин Н.К. Рериха и С.Н. Рериха с временного на постоянное хранение. Не сообщил он и о том, что приказ Минкульта, узаконивший этот произвол, только в 1999 г. являлся и до сих пор является по сути юридически ничтожным.

Президент РФ В.В. Путин написал размашистую резолюцию поверх письма министра культуры еще двум своим министрам – юстиции и иностранных дел: «Коновалову А.В., Лаврову С.В. Примите меры для обеспечения интересов государства. 12.11.2013». Таким образом, суд получил четкий посыл, чьи интересы защищать. И вскоре вступившее в законную силу решение Хамовнического суда о признании МЦР наследником С.Н. Рериха Мосгорсуд отменил, проигнорировав при этом заверенное нотариусом распоряжение Святослава Рериха от 22.10.1992 г. о передаче МЦР всех прав на свое наследие. При прочтении данного определения за номером 2-3191/11 по гражданскому делу № 33-10285, копия которого выставлена на официальном сайте Музея Востока, бросается в глаза одно неприкрытое обстоятельство, а именно – заинтересованность судей в конечном результате: выполнении вышеназванной резолюции президента. Для отмены решения в пользу МЦР необходимо было признать недействительным заверенное индийским нотариусом распоряжение Святослава Рериха от 22.10.1992 г. о передаче МЦР всех прав на свое наследие. Дело осложнялось тем обстоятельством, что МЦР предоставил суду заключение старшего адвоката Верховного Суда Индии Джутендры Шарма о том, что «документ от 22.10.1992 г., подписанный доктором Святославом Рерихом, образует правопередачу в пользу Международного Центра Рерихов, а также может образовывать Кодициль11 к Завещанию от 19 марта 1990 г.». Проблема была решена предоставлением заключения некоего Маножа Кумара фирмы «Хаммураби энд Соломон адвокаты и консультанты по корпоративному праву». В своем заключении от 14 марта 2014 г., подготовленном по заказу Музея Востока, Манож Кумар сделал вывод о том, что документ от 22.10.1992 г., подписанный доктором Святославом Рерихом, не может рассматриваться в качестве дополнительного распоряжения к завещанию. Таким образом, на рассмотрение судебной коллегии было представлено два противоположных по содержанию документа индийских адвокатов, один из которых имел отношение к старшему адвокату Верховного суда Индии, а второй – к некой индийской коммерческой фирме. Исходя из всего вышеизложенного довольно сложно назвать решение об удовлетворении судом жалобы Государственного музея Востока «законным и обоснованным».

В последние годы мы можем наблюдать активное взаимодействие между ГМВ и МИСР в борьбе с общественным Музеем имени Н.К. Рериха. Позиция руководства этих государственных учреждений предельно ясна: сообща добиться изъятия наследия семьи Рерихов, из фондов МЦР в пользу государства и пополнить свои фонды «новыми поступлениями». Если ГМВ интересует наследие С.Н. Рериха, переданное в СФР, то музей-институт нацелился на получение наследия из московской квартиры Ю.Н. Рериха, часть которого была спасена Международным Центром Рерихов и размещена в экспозиции общественного музея. И рериховское движение и музейное сообщество должно знать об этой поистине беспрецедентной ситуации при которой два государственных музейных учреждения при поддержке чиновников из Минкульта и отдельных безответственных представителей рериховского движения стремятся уничтожить успешный негосударственный музей. Необходимо отметить, что общественный Центр-музей, как и ранее, продолжит защиту своих музейных фондов от незаконных посягательств вышеназванных государственных организаций.

Касаемо МИСРа стоит написать отдельно. Этот «музей» появился с одной единственной целью – создать некий противовес, оппозицию по отношению к главному рериховскому центру страны, основанному последним из Рерихов. Серьезной реакции со стороны рериховской общественности на Постановление № 248 Правительства Санкт-Петербурга от 12 марта 2007 о создании на базе Некоммерческого учреждения культуры «Музей-институт семьи Рерихов в Санкт-Петербурге» Санкт-Петербургского государственного учреждения культуры «Музей-институт семьи Рерихов» не последовало. А дело в том, что под будущий государственный муниципальный музей было выбрано здание номер сорок один на наб. лейтенанта Шмидта, где жил многолетний враг Николая Константиновича Рериха – питерский собиратель и художник М.П. Боткин. В Санкт-Петербурге имеется более десятка мемориальных рериховских мест, где Н.К. Рерих и члены его семьи жили многие годы. Воля самих Рерихов при этом организаторов данного музея мало интересовала, т.к. во главу угла были поставлены их личные амбиции. Сами Рерихи настаивали на создании музея в мемориальной квартире Н.К. Рериха на Мойке, которую художник занимал на посту директора рисовальной школы Императорского Общества Поощрения художеств. Основатели же МИСРа стали представлять создание музея на базе наследия семьи Митусовых единственным «настоящим» рериховским музеем страны, якобы завещанным самими Рерихами. В своих официальных статьях, посвященных деятельности С.Н. Рериха, а также в различных публикациях, посвященных истории вопроса музеефикации рериховского наследия России и зарубежья «музеевед» Бондаренко намеренно исказил историю этого вопроса, замалчивая главное событие в культурной жизни страны конца восьмидесятых-начала девяностых-создания по воле С.Н. Рериха общественного Центра-Музея имени Н.К. Рериха в Москве… Много лет г-ну Бондаренко и его идейному коллеге по цеху г-ну Мельникову удавалось скрывать и свои истинные намерения по отношению к МЦР и философии Живой Этики.

В конце августа 2015 г. директор вышеназванного музея открыто выступил за разгром МЦР и его общественного музея, давно ставших оплотом новой идеологии, заложенной в философии Живой Этики, а также единственным подлинным фокусом рериховского движения России и других стран. Не прошло и девять дней после ухода доверенного лица С.Н. Рериха и генерального директора Музея имени Н.К. Рериха Людмилы Васильевны Шапошниковой, как Бондаренко 29 августа сего года опубликовал открытое письмо к министру Мединскому с требованием взять под защиту, а фактически изъять в госфонд рериховское наследие, находящееся в МЦР12. Истинные причины «идейной кривизны» Бондаренко в полной мере раскрыл А. Владимиров в нескольких своих публикациях13. Именно при поддержке МИСРа в рериховском движении стали распространяться очередные астральные «откровения» под названием «Нектар Жизни» некой израильской группы, претендующие на продолжение Учения Живой Этики.

Сам Бондаренко, исходя из текста открытого письма совершенно необоснованно претендует на роль лидера всей рериховской общественной страны, истины в последней инстанции. Его пресловутое письмо завалено подтасовками и откровенной ложью.

Директор не забыл при этом расписать «грандиозные» музейные успехи своего учреждения, занявшие не одну страницу данного обращения. В письме по-сути нет ничего нового. Все тот же длинный рассказ о том, что только в госфонде можно сохранить культурные сокровища, что только музеи, имеющие государственный статус и финансирование способны нести свет культуры и истины, что только государственные музейные специалисты настоящие и опытные профессионалы, способные сохранить рериховское наследие. «Следует трезво взглянуть на проблему общественных музеев в контексте сохранения Рериховского наследия в России. В российском законодательстве нет такой организационно-правовой формы для музеев», – пишет господин директор. Т.е. значит, исходя из логики Бондаренко и общественного Музея Н.К. Рериха в Москве быть не должно. Дальше директор вообще откровенно лжет. «Рериховскому наследию, – пишет Бондаренко, – требуется надежная государственная поддержка и защита, прозрачный и однозначный правовой статус, – то, чего всегда добивались Рерихи и их соратники»14. Надежная государственная поддержка и ограбление общественного музея разные вещи. Бондаренко имеет ввиду последнее. Он требует от своего шефа «обеспечить передачу государству всего наследия» находящегося в МЦР. Необходимо восстановить правду, т.к. семья Рерихов всегда создавала общественные музейные и культурные учреждения и не стремилась к их огосударствлению. Общественные музеи, как явление в культурной жизни общества, возникли в России еще в конце XIX – начале XX века. Они были связаны с частной общественной инициативой, с деятельностью научных и художественных общественных организаций. И когда Н.К. Рериха спрашивали, нужно ли в России Министерство изящных искусств и правительственный контроль над учреждением культуры, он отвечал: «Я стою за свободу частной инициативы. <…> Связывать частную инициативу нельзя…»15. Эта свобода общественной инициативы позволила Н.К. Рериху и членам его семьи создать в России, США и Индии целый ряд замечательных музейных учреждений, ни одно из которых не имело государственного статуса. Святослав Николаевич, действуя в соответствии с волей своих родителей, также создал в Москве негосударственный рериховский музей16.

Бондаренко совершенно сознательно исказил не только волю Рерихов, касаемо их наследия, но и важнейшие исторические события, связанные с деятельностью их культурных учреждений. Гибель общественного Музея Н.К. Рериха в Нью-Йорке, директор МИСРа связывает с великой депрессией, разразившейся в США. На самом деле он был намеренно уничтожен в результате предательства четы Хоршей. И финансы здесь совсем не главное. «Хоршевская» линия против воли самих Рерихов уже в России и есть главная сюжетная линия открытого письма директора МИСРа г-на Бондаренко.

В 2015 году исполнилось без малого четверть века как чиновники Минкульта при поддержке государственных музейщиков ведут «героическое наступление» на общественный музей. Меняются министры и директора, но ничего не меняется в их политике и отношении к новому общественному музейному учреждению, уже завоевавшему свое достойное место в отечественном и мировом культурном пространстве. В этой связи возникает резонный вопрос, что же помешало Минкульту создать полноценный государственный музей, посвященный великому сыну своей родины Николаю Константиновичу Рериху на основе богатейших рериховских коллекций, попавших в музейный госфонд еще в советское время? Ответим: крайнее равнодушие, помноженное на непонимание и зачастую откровенно враждебное отношение отечественных чиновников от культуры к философскому наследию Н.К. Рериха и Е.И. Рерих. В свое время советская партийная номенклатура, в том числе и отдел культуры ЦК и подведомственный ему Минкульт СССР, откровенно враждебно относились к философии Живой Этики и ее носителям, пытаясь исправить их «идейную кривизну» по отношению к вечно живому учению партии. Эта интереснейшая философия – главный дар, принесенный семьей Рерихов России, в СССР была под запретом вплоть до 1987 года. После распада СССР чиновники Минкультуры России фактически продолжили дело своих предшественников, стремясь уничтожить негосударственный музей и его идеологию. Главное, что есть в общественном Музее имени Н.К. Рериха и чего никогда не будет в музее государственном, – это прежде всего популяризация идей философии Живой Этики, нового научно-философского учения о Космической эволюции человечества.

Так уж повелось на Руси, что государевы люди свои интересы зачастую путают с интересами государства, которые они обязаны защищать. При этом чиновный люд, совершенно не стесняясь, этим самым государством и прикрывается. Используя лозунг «после меня хоть потоп», российские чиновники наносят огромный ущерб стране. Их решения часто носят безответственный и недальновидный характер. Они разворовывают средства из федерального и местного бюджетов, выделяемые на науку, оборонзаказ, медицину, образование, культуру, участвуют в громких аферах по незаконной распродаже государственных объектов недвижимости, мешают продвижению общественной инициативы и т.п. В основе их действий – нравственная пустота, которая давно проела их душу насквозь и превратила ее в бесплодную пустыню.

Будущее общественного Музея имени Н.К. Рериха не должно зависеть от воли некомпетентных бюрократов из Минкульта. Негосударственный Центр-музей обязательно переживет мединских, аристарховых, брызгаловых, бондаренко и прочих. Переживет для будущего страны, в которую так верили все Рерихи и на благо которой они так беззаветно трудились всю свою жизнь.

2.09.2015




2 Там же.

3 Михаил Брызгалов – новый директор департамента культурного наследия // Официальный сайт Министерства культуры РФ. 19.08.2014.

4 См.: Ревякин Д.Ю. Гибнущее наследие. М.: МЦР, 2010.

5 Михаил Брызгалов – новый директор департамента культурного наследия // Официальный сайт Министерства культуры РФ.

6 См.: Письма Ю.Н. Рериха министру культуры Н.А. Михайлову от 24 апреля 1958 г. и 14 сентября 1958 г. // Ревякин Д.Ю. Гибнущее наследие. М.: МЦР, 2010. С. 128, 131–132.

7 См.: Памятная записка С.Н. Рериха от 28 января 1975 г., переданная министру культуры СССР П.Н. Демичеву // Ревякин Д.Ю. Гибнущее наследие. М.: МЦР, 2010. С. 149–151.

8 Шапошникова Л.В. Министерство культуры против культуры // Защитим имя и наследие Рерихов. Т. 1. М.: МЦР, 2001. С. 227–229.

11 Кодициль – письменное дополнение к завещанию; завещательный инструмент, изменяющий или дополняющий существующее завещание.

15 Ревякин Д.Ю. Гибнущее наследие. М.: МЦР, 2010. С. 98.

16 Ревякин Д.Ю. Гибнущее наследие. М.: МЦР, 2010. С. 97–104.