Международный Центр Рерихов - Международный Центр-Музей имени Н.К. Рериха

Международная общественная организация | Специальный консультативный статус при ЭКОСОС ООН
Ассоциированный член ДОИ ООН | Ассоциированный член Международной Организации Национальных Трастов
Коллективный член Международного совета музеев (ИКОМ) | Член Всеевропейской федерации по культурному наследию «ЕВРОПА НОСТРА»

Семья РериховЭволюционные действия РериховМузей имени Н.К. РерихаТворческие отделыМеждународные конференции
Культурно-просветительская работаЗащита имени и наследия РериховМЦР: общие сведенияСотрудничествоПомощь Музею

      рус  eng
версия для печати
СТРАНИЦЫ  Наследие Рерихов в опасности|Правда о коллекции С.Н. Рериха | Трагедия коллекции Ю.Н. Рериха| Росимущество против МЦР | Наследие Рерихов в Индии | В защиту мецената МЦР | В защиту Музея имени Н.К.Рериха

Темная изнанка журналистской правды

«Вести» – прежде всего, главная информационная программа России, которую смотрят и простые домохозяйки, и очень-очень большие начальники. А это значит, что, делая сюжет о какой-то проблеме, ты можешь реально помочь людям в их беде».

Александр Карпов,
корреспондент программы «Вести» на канале «РОССИЯ 1»

Министерство культуры (далее – Минкульт) и Государственный музей Востока (ГМВ) снова оскандалились. Помогли им в этом, как всегда, СМИ – на этот раз в телепередаче «Местное время. Вести-Москва» на канале «Россия 1» от 6 сентября 2016 г. Журналист Александр Карпов состряпал грязный сюжет о Международном Центре Рерихов (МЦР) и его общественном Музее, а ведущий вечерних новостей Андрей Кондрашов его соответствующим образом преподнес, заявив, что это, мол, «журналистское расследование».

В современных условиях профессия журналиста стала чем-то сродни древнейшей из профессий. Однако такое сравнение (автору приходилось слышать его из уст самих работников телевидения) обычно применяется к тем, кто утратил понятие о чести и совести. На первый взгляд кажется, что Карпов не такой. По его высказыванию, вынесенному в эпиграф настоящей статьи, и по тем репортажам на злободневные темы, которые он, порою с риском для жизни, делал для новостных выпусков, может сложиться впечатление, что он – честный и принципиальный человек. Но, увы, телевидение творит чудеса не только с настроениями людей, но и со своими сотрудниками, которые часто под прикрытием «борьбы за справедливость» отстаивают пресловутую «официальную позицию», даже если она противоречит всем нормам юридического права и принципам человеческой морали. «Расследование» Карпова как раз из этой «оперы».

Упомянутый репортаж, посвященный МЦР и общественному Музею Рериха, у этого журналиста уже не первый. Надо полагать, его первоначальные опыты в этом направлении понравились заказчикам, и с чьей-то легкой руки он получил возможность «раскручивать» рериховскую тему. И, надо сказать, стал подвизаться в ней довольно-таки бойко: последний раз его съемочная группа появилась в МЦР, даже не удосужившись согласовать свое посещение с руководством Центра, что является грубейшим нарушением. И явилась она не одна, а под «предводительством» скандально известного Тиграна Мкртычева, того самого замдиректора по научной работе ГМВ, о постыдной деятельности которого автору этих строк уже доводилось писать.

Примечательно, что в день съемок должен был состояться суд по вопросу выселения МЦР из технического помещения – небольшой одноэтажной постройки, расположенной за основным зданием Музея Рериха и используемой Центром под складское помещение. Суд был инициирован ГМВ и Минкультом, которые с завидным упорством пытаются заполучить себе хотя бы этот невзрачный домишко (это, по сути своей, были сараи, которые решением правительства Москвы в начале 90-х подлежали сносу, но МЦР их приспособил под хозяйственные нужды). Но суд был отложен. И одной из причин тому стало весьма странное содержание документа, который принесли представители Пушкинского музея (ГМИИ имени А.С. Пушкина) – еще одного участника отчаянной борьбы за территорию и наследие МЦР. Об итогах этого заседания рассказал газете «Наша Версия» от 7.09.2016 вице-президент МЦР Александр Стеценко: «Заседание началось с ходатайства представителя ГМИИ приобщить к материалам дела документы, якобы доказывающие, что строение № 5 (та самая одноэтажная хозпостройка – Л.Х.) никогда не находилось во владении МЦР, а принадлежало ГМИИ. На это ходатайство МЦР разъяснил суду, что в представляемых ГМИИ документах на самом деле речь идет совсем о другом строении, относящемся к усадьбе Вяземских (она расположена по соседству с МЦР – Л.Х.), а предметом иска ГМВ является хозяйственная постройка, относящаяся к другому памятнику культуры – усадьбе Лопухиных (в которой размещен Музей Рериха. – Л.Х.). Поняв свою оплошность, представитель ГМИИ поторопился вернуть назад переданные суду документы. Суд решил перенести рассмотрение этого иска на конец октября». (https://versia.ru ).

Неожиданное прибытие в МЦР журналистов в день судебного заседания наводит на мысль, что липовая бумажка должна была стать «козырной картой» Музея Востока. Но сенсации, на которую так надеялись Мкртычев и Карпов, не получилось. Пришлось этим господам «шить» сюжетец явно второпях и «белыми нитками».

Представленный как «новое расследование», он оказался таким же «дырявым», как и прежние репортажи. Все та же впечатляющая масштабами неприкрытая ложь. Те же манипулятивные приемы. Та же враждебность по отношению к крупнейшему общественному музею страны. Новыми в нем были только обвинения, которые постарались наляпать «горе-портные» в изобилии. Начиная с попыток уличить руководство МЦР в противостоянии Правительству Москвы и заканчивая обвинением их в том, что они нечто скрывают от прессы в спорном строении.

Не обошлось и без излюбленных (впрочем, совсем не оригинальных) обвинений в каком-то таинственном «экстремизме» и «оккультизме». Экстремистской журналисту показалась даже песня «Узник» в исполнении хора Пятницкого (видимо, более весомых фактов против МЦР «откопать» не удалось) – ею заканчивался фильм «Зов космической Эволюции», созданный Центром. Л.В. Шапошникова, легендарный руководитель Музея Рериха, боровшаяся за его независимый общественный статус, очень любила этот гимн человеческому терпению и упорству, он как нельзя лучше отвечал духу всей ее жизни.

В связи же с уже набившей оскомину темой «оккультизма», к съемкам был привлечен еще один одиозный персонаж – Александр Дворкин. Этот бывший сотрудник антисоветского радио «Свобода» после 14 лет жизни в Америке вернулся в Россию и принялся очищать страну от так называемых «сект». Абсолютно антинаучные, крайне предвзятые работы этого псевдоисследователя давно оттолкнули от него не только ученых, но и массу здравомыслящих, патриотично настроенных православных верующих. Видимо, Музей Рериха настолько «мешает» Мкртычеву, что он не брезгует работать против него в одной связке с гражданином США, чье психическое нездоровье в последние годы стало предметом оживленного обсуждения (www.alexanderdvorkin.info).

Цена всем этим журналистским потугам хорошо известна, и разыгрываемый ими спектакль выглядит не столько жалким, сколько откровенно смешным. Взять хотя бы эпизод, где Карпов рассказывает о том, что арендатор старинной Усадьбы рода Лопухиных – то есть Международный Центр Рерихов, дескать, довел ее до аварийного состояния. В самом сюжете зрители видят прекрасные залы, отреставрированный дворянский особняк. Тот самый великолепный особняк, за восстановление которого коллектив МЦР в лице его генерального директора Л.В. Шапошниковой удостоился Национальной Премии «Культурное наследие» в номинации «Реставратор». (http://www.icr.su). А если к этому добавить, что многочисленным посетителям Музея и почитателям творчества семьи Рерихов известно, в каком состоянии МЦР принял эту усадьбу в начале 1990‑х годов и сколько труда затратила общественность для того, чтобы спасти уникальный памятник архитектуры от разрушения, то абсурдность этого утверждения становится очевидной. К слову сказать, плановая проверка Мосгорнаследия, проведенная в 2015 году, никаких нарушений требований законодательства РФ в области сохранения и использования объектов культурного наследия не выявила. Чудеса, но внеплановая проверка по требованию заместителя министра культуры В.В.  Аристархова умудрилась увидеть недостатки там, где предыдущая констатировала порядок. Видимо, и этого чиновникам оказалось мало, потому что сейчас, спустя всего лишь месяц, МЦР снова переживает проверку на этот раз Росимущества. (29-го сентября начинается процесс по иску ГМВ к МЦР о его выселении из усадьбы Лопухиных, видимо, необходимы еще более веские аргументы).

По странному стечению обстоятельств Государственный Музей Востока в ближайшее время собираются закрыть на ремонт, ибо занимаемый им особняк Луниных находится в неудовлетворительном состоянии. Почему бы господину Карпову не направить свое ядовитое жало в ГМВ и Минкульт? Что если это они довели историческое здание до аварийного состояния?! Ну что вы, в государственных учреждениях такого не может быть, ведь там сидят добропорядочные люди, там все под контролем, и здания приходят в негодность исключительно в результате цунами и землетрясений. А вот общественные организации – это совершенно иное дело! Вот где логово настоящих вредителей, которые только и делают, что портят коммуникации и роют подкопы под старинные стены! Вот где раздолье для журналиста – борца за правду!... Ирония иронией, но для независимых и относительно крепких общественных объединений ветер сегодня редко оказывается попутным.

А вот еще мелочь, но зато какая красноречивая! В сюжете показаны «не первой свежести» фото стен подвального помещения главного дома усадьбы, где располагается Музей Рериха, а в комментарии журналиста к ним (фото) речь идет о сарае, том самом спорном помещении. Т.е. на лицо элементарный подлог. Ну что же делать, если никаких других аргументов против МЦР больше нет?

На этом нелепости сюжета не заканчиваются. Мягко говоря, странным выглядит рассуждение журналиста о существовании «самодеятельной братской могилы» на территории МЦР. Любой школьник знает, что братская могила – это групповое захоронение умерших примерно в одно время в результате сражения, голода, эпидемии или стихийного бедствия. Для братских могил характерно отсутствие отдельных, индивидуальных захоронений. К братским могилам относятся, к примеру, Пискаревское кладбище, захоронения на Марсовом поле, на Бородинском поле и другие. Однако Карпов обнаружил его не где-нибудь, а на территории дворянской усадьбы Лопухиных! Им оказался… памятник-мемориал Н.К. и  Е.И. Рерихам. Естественно, этот мемориал не мог появиться в 1999 году без согласования с Московским правительством. Более того, на его открытии присутствовал министр Правительства Москвы К.Б. Норкин, который высоко отозвался о нем: «Открытие Мемориала, – сказал он, – это, конечно, выдающееся и важное событие в нашей культурной жизни... Теперь есть место, куда почитатели Великого Мастера могли бы принести и положить цветы. Я еще раз поздравляю всех, кто чтит творчество этого великого человека, и надеюсь, что цветы сюда будут приносить наши внуки и правнуки». Кроме того, мемориал, как и два бюста С.Н. и Ю.Н. Рерихам нанесены на план данного объекта культуры, что свидетельствует о законном их нахождении на территории усадьбы. Вдумайтесь только – памятник Рерихам стоит перед входом в Музей уже много лет, и никому до замминистра культуры В.В. Аристархова, замдиректора ГМВ Т.К. Мкртычева и журналиста А. Карпова не приходило в голову назвать его «могилой» и поставить под сомнение законность его установки.

Но самое забавное – это рассуждения Карпова о Знамени Мира. Ему мерещится, что оно – вы только вслушайтесь! – подает сигналы инопланетному высшему разуму! Что это – больное воображение или неудачная шутка? ООН, ЮНЕСКО и другие авторитетные организации, в отличие от наших журналистов, видят в этом Знамени предложенный Н.К. Рерихом отличительный флаг международного договора, направленного на защиту объектов культуры, известного как Пакт Рериха, который должен вывешиваться на объектах культуры, нуждающихся в охране.

Конечно, вряд ли это остановит нерадивого журналиста. Доносить до зрителей достоверную информацию – столь же напряженная, сколь и невостребованная ныне профессия. Покуда на всевозможные небылицы есть спрос, покуда на них есть заказ, карповы безработными не останутся.

А заказ Министерства культуры очень серьезный. Ведь наследие Рерихов представляет собой не только духовную, но и материальную ценность. Картины Н.К. Рериха на аукционах стоят миллионы долларов. Относительно недавнее заключение Генеральной прокуратуры об отсутствии контроля со стороны Минкульта России за незаконным вывозом культурных ценностей за границу (http://www.mk.ru), а претензии МВД к В.В. Аристархову в злоупотреблении и превышении полномочий (http://www.rbc.ru) наводят на тревожные размышления… Откровенно говоря, с содроганием сердца думаю о том, какая судьба может постигнуть картины Музея Рериха и усадьбу Лопухиных, попади они в руки минкультовских чиновников-бизнесменов. Вот где Карпову стоило бы порыться, вот где материала нашлось бы на десяток острых сюжетов! Но чиновники Минкульта по понятным причинам его не интересуют.

Ах да, вот еще одна примечательная деталь. В упоминавшемся выше фильме «Зов космической Эволюции» мелькает фашистская символика. Ничего особенного зритель в этом месте не увидит и не услышит: фильм однозначно осуждает фашизм, и свастика показана именно в том контексте, который разрешен законом РФ. Тем не менее, эти безобидные кадры стали поводом раздуть очередной миф о какой-то чуть ли не нацистской пропаганде в Музее Рериха! Ну не абсурд ли? Видимо, не для всех. Все тот же Карпов, находясь на территории МЦР, решился повторить на кинокамеру очередную ложь относительно фашистской символики в фильме. И когда один из сотрудников МЦР подошел к нему и посоветовал хотя бы посмотреть фильм, о котором тот рассуждает, то в ответ получил лишь циничную усмешку. В этой усмешке – и открытая демонстрация того, что правда Карпову не нужна, и уверенность в своей безнаказанности, и презрение к зрителям.

Чего можно ждать от таких журналистов и такой журналистики? Хотя постойте, даже в таком жалком сюжетце есть своя польза. Уж во всяком случае, он в очередной раз наглядно продемонстрировал методы, которыми Минкульт пытается «разделаться» с неугодным ему общественным Музеем Рериха.

Карповы, мкртычевы, избачковы, мединские, аристарховы… Сколько их еще будет? Вероятно, немало. Но все они не учитывают одного. Слишком широко известно в мире имя Н.К. Рериха, слишком много деятелей науки и искусства ищут ответы на краеугольные вопросы бытия в творчестве необыкновенной семьи. За эти годы миллионы людей побывали в общественном Музее Рериха. И уж они-то знают правду. В такой ситуации всякая попытка бросить тень на деятельность МЦР вскрывает нечистоплотность авторов это бесстыдной затеи.

Кстати, вместе с Карповым по приглашению Минкульта для съемок сюжета о Музее Рериха приехала журналистка другого телеканала. После изучения ситуации она вообще отказалась от репортажа. Отрадно сознавать, что порядочные люди на нашем телевидении все-таки есть.

P.S. Пока готовилась эта статья, мне на личный телефон позвонил замдиректора по научной работе Музея Востока Тигран Мкртычев. Поводом (и, надо полагать, причиной) к звонку стала моя предыдущая публикация «Новые роли Тиграна Мкртычева», рассказывающая о бессовестной кампании, которую ведет его Музей в отношении Международного Центра Рерихов. Знание личного номера и некоторых малоизвестных фактов моей биографии (впрочем, никак меня не компрометирующих), очевидно, должны были произвести устрашающий эффект. Пользуясь случаем, советую г-ну Мкртычеву приберечь эти дешевые трюки для кого-нибудь другого и, компенсируя свой отказ от личной встречи с ним, приглашаю его принять участие в круглом столе – с участием руководства МЦР и всех неравнодушных к судьбе Музея Рериха в рамках Международной научно-общественной конференции «Людмила Васильевна Шапошникова: ученый, мыслитель, общественный деятель. К 90‑летию со дня рождения». Правда, на такой открытый шаг г-н Мкртычев вряд ли решится.

Любовь Хоменок