Международный Центр Рерихов
Международная общественная организация
Ассоциированный член Департамента общественной информации ООН
Ассоциированный член Международной Организации Национальных Трастов
Коллективный член Международного совета музеев (ИКОМ)
Член Всеевропейской федерации по культурному наследию «ЕВРОПА НОСТРА»
Объединенный Научный Центр проблем космического мышления (ОНЦ КМ)
является структурным подразделением Международного Центра Рерихов (МЦР),
его творческим отделом, в котором сосредоточено научное направление деятельности МЦР

На правах рукописи

ЛЕБЕДЕНКО

Анатолий Андреевич

ФИЛОСОФИЯ СЕРДЦА В ИСТОРИИ РУССКОЙ

РЕЛИГИОЗНО-ФИЛОСОФСКОЙ МЫСЛИ XI – XX вв.

09.00.03 – история философии

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук

Москва – 2010

Диссертация выполнена на кафедре философии и религиоведения Военного университета

Научный руководитель:

доктор философских наук, профессор

Дырин Анатолий Иванович

Официальные оппоненты:

доктор философских наук, профессор

Огородников Юрий Александрович;

кандидат философских наук, доцент

Кизюн Галина Васильевна

Ведущая организация:

Академия повышения квалификации и профессиональной переподготовки

работников образования

Защита диссертации состоится 15 октября 2010 года в 13:00 часов на заседании диссертационного совета по философским наукам (Д-215.005.03) при Военном университете МО РФ (103001, Москва, ул. Большая Садовая, 14).

С диссертацией и авторефератом можно ознакомиться в библиотеке Военного университета

Автореферат разослан « 10 » сентября 2010 года

Ученый секретарь диссертационного совета

доктор философских наук, доцент Кафтан В.В.

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИИ

Актуальность темы исследования. Тема сердца всегда занимала особое место, как в отечественной духовной культуре, так и в русской философской традиции. Сегодня, в переломный период развития цивилизации она обретает еще большую актуальность, ибо человек нуждается в нравственно обоснованном, цельном мировоззрении, в формировании которого может сыграть одну из главных ролей философия сердца – религиозно-философское течение, направленное на познание человеческого сердца как центра духовной жизни человека. Это направление философской мысли способствует преодолению «раздробленности» в понимании человека, гармонизации духовной и телесной сторон его жизни.

Философия сердца является основой исследования многомерной природы человека. Сердце его – это не просто лишь физиологический орган, это обитель Духа, как тысячелетиями учила мудрость Востока, т. е. пространство сверхсознания, которое невозможно описать чисто лишь рациональными категориями. Стремление исследовать и описать сердце, с одной стороны, как духовный центр, «ядровую точку» личности и, с другой стороны, как «корень единства тела» с глубокой древности побуждало мыслителей размышлять на эту тему с метафизической точки зрения[1]. В этом трудность и одновременно интерес разработки темы сердца в русской философской традиции.

Метафизическое познание сердца как средоточия духовной сущности человека, начатое Платоном, было активно продолжено и обогащено восточно-христианской традицией, оплодотворившей духовную жизнь Древней Руси. Неслучайно, что философия сердца зародилась в России, где духовный уклад и особая ментальность ее народа способствовали становлению и развитию этой философии в традициях ее лучших представителей периода XI – XX вв. С XVIII века метафизика сердца весьма плодотворно разрабатывалась русской религиозно-философской мыслью в течение трех веков. Это богатое наследие – вклад русской философии в духовную сокровищницу мировой культуры, что также заслуживает внимания исследователей, тем более, что в настоящее время отечественная философия сердца развивается как особое направление гуманитарного знания.

Таким образом, актуальность данного диссертационного исследования обусловлена:

Во-первых, на рубеже XX – XXI вв. созрели предпосылки для формирования философии сердца на новом витке исторического развития. Изменившиеся реалии философской жизни требуют объединения всех наработанных концепций и учений сердца отечественных философов в целях создания принципиально новой мировоззренческой парадигмы. Тема сердца, сердечных отношений, «жизни по сердцу» исконно близка России, русскому человеку и русской культуре. Наша страна была и остается «сердечно ориентированной», как отмечали русские святые, славянофилы, Ф.М. Достоевский, Вл. Соловьев и другие мыслители. В современной исторической ситуации, когда западная цивилизация с ее приматом потребительских ценностей переживает системный кризис, духовный потенциал России, проявленный, в частности, через философию сердца, способен сыграть жизнеутверждающую роль в построении новой одухотворенной цивилизации. Доказательством этому могут служить примеры нашей великой, и порой трагической, тысячелетней истории, когда Россия, как легендарный феникс, возрождалась из небытия.

Достаточно вспомнить Смутное время (1598-1613). Враг восседал в Кремле и глумился над русскими святынями, но героический дух России, воспламенивший сердце народного ополчения, смел врагов с родной земли. И это повторялось много раз, когда внешние враги нападали на Россию.

Новым испытанием для нее стал «троянский конь», подаренный России рыночной цивилизацией. Испытание на прочность врагом внутренним, допущенным в сознание и сердце русского народа, требует особых духовных сил на его преодоление.

Поэтому крайне важно в настоящее время исследовать тему сердца, ее проблематику в сфере историко-философского анализа, а затем, в перспективе – и в сфере междисциплинарного синтеза.

Во-вторых, особенности русской религиозной философии вообще и философии сердца, в частности, определяются тем, что отечественная культура оплодотворена восточным (православным) христианством, которое отводит сердцу центральную роль в духовном становлении и преображении человека. Христианские идеалы и ценности повлияли на развитие общественного сознания русского этноса и стали реальной почвой для актуализации в его ментальном поле особого направления знаний – философии сердца. Помимо своего научного, собственно теоретического содержания, философия сердца включает в себя мощный нравственный и религиозный компоненты, которые могут способствовать духовному развитию человека и гуманизации социальных отношений.

В-третьих, философия сердца – одно из важнейших учений о главном, духовном органе познания Истины. Однако обоснование, генезис и значение философии сердца в целях дальнейшей эволюции человека до сих пор не было исследовано в отечественной религиозно-философской мысли. Социально-исторические предпосылки и теоретические источники формирования и становления философии сердца в России не разрабатывались достаточно глубоко и разносторонне. Также не определено реальное место философии сердца в духовном наследии русской культуры и не дана ее объективная оценка с аксиологической и мировоззренческой позиций.

В-четвертых, повышенный интерес к проблематике сердца в настоящее время закономерен. Он находится в русле общего интереса к русской религиозной философии, исследуя которую мы переосмысливаем свою историю, восстанавливаем культурно-историческую память. Поэтому идеи философии сердца созвучны сегодняшним мировоззренческим исканиям нашего общества. Словом, актуальность исследования философии сердца в истории русской религиозной мысли обусловлена объективной потребностью проследить процесс становления и развития философии сердца в отечественной мысли, ее духовно-нравственную роль в возрождении российского общества и духовном развитии человека.

Степень научной разработанности темы диссертации в литературе. В XX столетии тему сердца затрагивали многие русские философы и мыслители: В.В. Зеньковский, А.Ф. Лосев, П.А. Сорокин, М.М. Тареев, С.Л. Франк. Среди зарубежных авторов научный интерес представляет творчество Д. Биллингтона, о. И. Кологривова, И.Ф. Мейендорфа, М. Шелера и Т. Шпидлика, которые с разных позиций рассматривают проблематику философии сердца в русской мысли[2].

Анализ современной философской литературы показывает востребованость темы философии сердца в контексте поиска путей совершенствования человека и общества. Наиболее активно в сегодняшней России проблематику сердца разрабатывает группа алтайских ученых – Л.Г. Апёнышева, А.В. Иванов, И.В. Фотиева, Ю.В. Хвастунова и М.Ю. Шишин. Так, Л.Г. Апёнышева в своем исследовании убедительно доказывает, что сердце является не только органом тела человека, но, прежде всего, энергоинформационным центром – главным координатором всей нашей жизнедеятельности, задающим духовный вектор развития человека[3]. Она представила сердце как категорию, которая имеет различные смысловые значения: в биологическом аспекте – это орган тела; в религиозном понимании сердце является средоточием души, органом Богопознания. Философский аспект – раскрывает сердце как центр духовности и нравственной жизни человека.

В работе Ю.В. Хвастуновой[4] предпринята попытка фундаментального изучения познавательных способностей сердца в религиозно-философской традиции и современных научных концепциях. Главное внимание ею уделяется трактовке сердца в восточной и западной религиозной мысли, а затем – в русской религиозной философии. Автор отмечает, что особое понимание сердца и сердечного познания с опорой на восточно-философскую традицию было дано в трудах наших соотечественников Е.П. Блаватской, Н.К. и Е.И. Рерихов и в учении Живой Этики. Выводы о том, что сердце является своеобразным органом созерцания и имеет в себе код ко всему разнообразию эмоционально-ценностной жизни, крайне важны для целостного философского понимания проблемы сердца. Оно является не только «нравственным индикатором» внутреннего мира человека, но и находится в созвучии с пульсом Вселенной, так как сущностно встроено в ткань мироздания.

В советский период развития отечественной философии глубокое понимание сердца проявил в своих работах хирург, священник и мыслитель В.Ф. Войно-Ясенецкий. Особенно это касается его научно-богословской работы «Дух, душа и тело» (1945-47 г.г.), в которой автор рассматривает феномен сердца и, опираясь на библейские постулаты, аргументировано показывает, что сердце является, не только центром психической жизни человека, но и органом высшего познания[5]. Развивая идеи православия, Войно-Ясенецкий делает акцент на эмоциональной стороне жизни, сосредоточенной в сердце: оно может «веселиться» и «скорбить», «радоваться» и «терзаться», «рваться от злобы» и «гореть трепетным предчувствием» и т. д. В то же время оно способно к великому чувству упования на Бога и «сокрушению о грехах своих», может быть вместилищем «кротости и смирения».

В конце XX и начале наступившего века проблематику философии сердца развивали такие отечественные ученые, как Н.К. Гаврюшин, Л.О. Кострюкова, Г.Я. Стрельцова, И.Ш. Шенгелая[6]. Следует отметить, прежде всего, работы С.С. Хоружего, в которых, однако, тема сердца освещена в контексте учения о синергии – теории о качественном усилении энергий, объединенных под началом духа. Несмотря на интересную трактовку, на наш взгляд, это является определенным сужением многомерной реальности сердца, так как сущностные, «усийные» (по выражению П.А. Флоренского) характеристики сердца Хоружим не рассматриваются.

Историко-философский анализ учения о сердце, по мнению диссертанта, необходимо сочетать с исследованиями сердца в социально-историческом и духовном контекстах. Это положение аргументируют ученые В.П. и Е.И. Ануфриевы, М.Г. Старченко, доказывающих в своих исследованиях влияние мысли как «лучистой энергии» на работу сердца[7], и А.И. Гончаренко, который обосновывает интегрирующую роль сердца, его нравственное значение, организующее нашу жизнедеятельность[8].

Новый подход к философской разработке проблематики сердца в отечественной мысли представлен работами – В.Н. Бабиной, Н.Л. Бильчук, Р. Голович, А.Б. Мусакуловой, Ф.Н. Юсуповой, предпринявших попытку интегративного подхода к сердцу на базе как рациональных (научных, философских), так и внерациональных форм его познания (религиозных, мистических, художественных)[9]. Их работы реально отражают все те противоречия, которые имеют место в философии сердца, развиваемой в рамках рационального дискурса. Авторы раскрывают общие характеристики философии сердца, ее генезис и противоречия развития. Ими представлен исторический и философский анализ философии сердца в разные исторические эпохи.

Следует отметить, что литературные и философские произведения отечественной мысли XX века по большей части раскрывают феномен сердца на уровне его внешних проявлений. При этом глубинные, внутренние связи этого духовного центра человека остаются недостаточно раскрытыми, и концепция сердца, таким образом, не получает целостного философского осмысления.

В последние годы ряд российских ученых В.И. Гидиринский, М.Н. Громов, А.В. Иванов, В.В. Мильков, В.В. Миронов, Г.Я. Стрельцова, В.В. Фролов, Ю.В. Шаповал и Л.В. Шапошникова развивают философию сердца, пытаясь найти точки соприкосновения европейской и восточной философских традиций[10]. В их работах феномену сердца уделяется значительное место, так как «сердце есть и главный орган познания, и носитель высшего Я личности»[11].

В отличие от западной философской традиции, которая более склонна к рационально-логическому осмыслению проблемы сердца, русская мысль больше ориентирована на выявление чувственно-душевного и духовного статуса человеческого сердца. Отметим также, что для отечественной философской традиции, имеющей истоком платонизм, а затем идущей от раннехристианской святоотеческой мысли к русскому исихазму, через протофилософию Г.С. Сковороды к славянофильству и религиозной идеалистической философии «русского Ренессанса», ближе учение сердца, выражающее идею божественного Логоса. Согласно такому подходу, именно зерно Логоса, хранящееся в глубине сердца, должно быть развернуто, прочувствовано и познано для обóжения человеческого существа.

В классической западной философии рассмотрение проблемы сердца носит явно ограниченный характер, а такие направления философии как позитивизм и марксизм обнаружили определенную тенденциозность по отношению к этой проблеме. Исключением, в этой связи, являются идеи «логики сердца» Б. Паскаля, «порядка любви» у М. Шелера, своеобразие «ирреальности сердца» в «Философии религии» Г. Гегеля. Кроме того, представляют определенный интерес идеи «персонализации» или «внутреннего самоуглубления сознания» Тейяр де Шардена, которое происходит через призму сердца и таким образом превращает человека в подлинного субъекта эволюции и творца культурно-исторического процесса. Именно эти мыслители являются первооткрывателями философской проблематики сердца на Западе, которая в той или иной мере оказалась созвучной отечественным философским изысканиям.

Анализ литературы по теме истории философии сердца, проведенный автором, выявил: во-первых, нехватку обобщающих, фундаментальных работ, в которых философское знание о сердце было бы представлено более системно, в виде целостного учения. Во-вторых, позволил осмыслить философию сердца как особое направление русской религиозно-философской мысли. В-третьих, исследование источников дало возможность увидеть культурно-исторические корни философии сердца в отечественной мысли. И, в-четвертых, позволил интегрировать различные подходы исследования темы сердца в русской религиозно-философской мысли XI - XX веков – ее зарождения, становления и развития.

В данном диссертационном исследовании предпринята попытка историко-философского анализа, систематизации и обобщения теоретического материала русской религиозно-философской мысли по проблеме сердца.

Объект исследования: русская религиозно-философская мысль XI – XX веков о проблемах сердца человека.

Предмет исследования: предпосылки и основные идеи русской философии сердца.

Цель и задачи исследования. Цель работы состоит в историко-философском анализе и обобщении знаний о сердце как органе духовной жизни человека в русской религиозно-философской мысли XI–XX вв. Достижение поставленной цели исследования определило решение следующих задач:

1. Обобщить теоретические источники и социально-исторические предпосылки формирования философии сердца в России.

2. Выявить содержание основных идей философии сердца в русской религиозно-философской мысли XI – XX вв.

3. Раскрыть смысл и обосновать роль философии сердца в истории отечественной философской мысли и – шире – в духовно-идейном наследии России.

4. Обосновать роль философии сердца в истории отечественной философской мысли и показать ее значение для духовного возрождения России.

Источники и методологическая основа исследования. В исследовании заданы рамки историко-философского анализа темы философии сердца в отечественной мысли – это период с XI по XX вв., что определило широкий и многоплановый круг источников.

Первая группа – книги и трактаты, относящиеся к религиозно-мистической традиции восточно-христианских исихастов: Исаака Сирина, Макария Египетского, Иоанна Дамаскина, Максима Исповедника, схимонаха Иллариона, Григория Паламы, Симеона Нового Богослова и др.

Вторая группа работ связана с религиозно-философскими источниками русской православной традиции христианства: Феодосия Печерского, Сергия Радонежского, Нила Сорского, Максима Грека, Серафима Саровского, Игнатия Брянчининова, Валентина Войно-Ясенецкого. Кроме того, проблемы сердца рассмотрены в творчестве монахов-исихастов, представленных в «Добротолюбии» и «Откровенных рассказах странника своему духовному отцу», трудах Паисия Святогорца, Феофана Затворника и др.

Третью группу источников отечественной философии сердца составляют более поздние идеи и концепции русских философов XVIII – XX вв., в которых более полно, предметно и целостно раскрывается тема сердца. Это труды Г.С. Сковороды и П.Д. Юркевича; славянофилов И.В. Киреевского и А.С. Хомякова; В.С. Соловьева, Н.А. Бердяева, П.А. Флоренского, Б.П. Вышеславцева, И.А. Ильина, а также их исследователей и оппонентов.

Непосредственной методологической основой исследования явились принципы историко-философского анализа проблемы сердца, среди которых выделяются: исторический и комплексный подходы, методы сравнительно-исторического анализа, философской реконструкции, а также описательный и герменевтический методы.

II. СТРУКТУРА И ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обоснована актуальность избранной темы, показана степень ее разработанности в литературе, сформулированы объект и предмет, цель и основные задачи исследования, раскрыта научная новизна работы и определены ее теоретико-методологические основы.

Первый раздел «Социально-исторические предпосылки и теоретические источники процесса становления и развития философии сердца в России» посвящен историко-философскому анализу возникновения и формирования философии сердца в русской религиозно-философской мысли. Вначале рассмотрена идея сердца в восточном христианстве, которая выступает первичным и наиболее мощным истоком отечественной философии сердца. Православие полагает по И.А. Ильину «в основу человеческого существа жизнь сердца», и эта глубинная интенция, воспринятая русским народом, избавила нашу культуру, по мысли П.А. Флоренского, от болезненной рассудочности плотской философии и аккумулировала в ее недрах духовную философию – «философию идеи и разума, философию личности и творческого подвига».

Тема сердца в восточном христианстве разрабатывалась, прежде всего, с опорой на Библию, апостольские Деяния, труды Святых Отцов. Исихазм перевел эту проблему в духовно-практическую плоскость, наполнив реальным содержанием феномен восприятия Фаворского света, который, по мнению Симеона Нового Богослова, есть откровенное присутствие благодати Божией в сердце человека. Однако, духовный свет может явиться только в чистом сердце, поэтому исихасты трудились над внутренним очищением от соблазнов и пороков и наполнением сердца божественной энергией. Таким образом, в восточном христианстве (православии) цель духовного подвига – это сердце, превращенное в «световой центр души», пронизывающий все уровни человеческого существа лучами божественной любви и логосного знания.

Автор, прежде всего, исследует корпус религиозных текстов восточно-христианских исихастов и комментарии к ним. Византийское монашество определило особый метафизический статус сердца как органа восприятия божественного Фаворского света. В результате этого восприятия происходит преображение сознания и тела человека в светоносную личность или, говоря словами Вл. Соловьева, в Богочеловека. Затем исихасты оформили сердечное ве́дение как особую религиозную практику, цель которой – очистить сердце и соединить в его сакральном пространстве два потока: нисходящий – от Бога (Духа), и идущий снизу – от Земли (материи).

Надо сказать, что как предмет осмысления тема сердца утвердилась в древнерусской культуре в недрах православия – восточно-христианской традиции, пришедшей из Византии. Однако на первом этапе религиозно-философское учение о сердце являлось духовной практикой ведущей к особому мистическому переживанию и доступной немногим – избранным. Этими немногими были исихасты – монахи-подвижники, ушедшие от мира и посвятившие себя исканию Бога. Таким образом, русская религиозно-философская мысль начинает развитие темы сердца с понимания его как глубинного центра сущности человека, в котором сходятся все устремления физической, душевной и духовной жизни. Человек имеет в сердце по словам Б.П. Вышеславцева «храмину внутреннюю», где происходит естественный процесс «самособирания» его в целостное существо и преображение в светоносную личность – нового человека.

Диссертант проводит герменевтический анализ текстов Библии, касающихся сердца, для подтверждения тезиса о многомерности символа сердца. Христианство всегда признавало ведущую роль сердца в духовном становлении человека, понимаемого как триединство тела, души и духа. Эти идеи через христианскую (прежде всего, православно-монастырскую) культуру были ассимилированы русским народом, который воспринял сердце как орган духовного познания, как путь восхождения и как символ жизни. И в итоге: путь сердца – это путь подвига и самопожертвования. Вся история русского народа протекала в испытаниях и борьбе, и душа верующего человека всегда пребывала в жертвенной готовности. Лучшие сыны Отечества шли путем сердца. Сердце как символ являет сияние Духа, высшую точку соединения с Богом в земной жизни. Огненное сердце, символизируя глубинную сущность человека, его наивысший потенциал, в истории России являлось идеалом служения народу и Отечеству.

Следующим важным этапом развития философии сердца в России XIII – XIV вв. стало формирование кардиогносии (сердцеведения или «сердечного знания»), как особой формы познания сердца и его феноменов в древнерусской мысли. Основы этого познания тесно связаны с софиологией – учением о Софии Премудрости Божией. Софиологические аспекты присутствуют в текстах Священного писания и трудах раннехристианских Отцов Церкви. Паламитское учение и иконография, а также благодатное влияние славянской письменности, привнесенное в отечественную культуру в IX веке кирилло-мефодиевской традицией, оказали существенное влияние на процесс формирования отечественной философии сердца.

К теоретическим источникам кардиогносии можно отнести произведения древнерусских монахов-ученых: Иллариона, Нестора Летописца, Максима Грека. Исповедальный и нравственно-акцентированный характер отечественной кардиогносии способствовал превращению древнерусской мысли в композицию духопроникновенных, сменяющих друг друга, взаимополемизирующих учений, где важнейшим было вопрошание о смысле человеческой жизни. На этом историческом этапе в религиозно-философском учении о сердце начинает звучать идея соборности, единения мира, так как кардиогносия несла в себе глубинную интуицию богочеловеческого всеединства, свойственного культу Софии. Это всеединство возможно только на основе безусловной любви, которая рождается в сердце и изливается из него в мир.

Следующая группа источников, исследованных в диссертации, показывает процесс ассимиляции восточно-христианской традиции древнерусской культурой. Жития Феодосия Печерского, Сергия Радонежского, Нила Сорского, а позднее – Серафима Саровского и других святых отражают становление на Руси и развитие «общиножительской святости», что ознаменовало переход религиозно-философского учения о сердце из созерцательной, интроспективной стадии в деятельную, социально-значимую и культурно-созидательную стадию. Так, Преподобный Сергий Радонежский внес в древнерусское учение о сердце новые, конкретно-деятельные черты: 1) жизнь для пользы или общего блага; 2) личный труд в постоянной молитве, исполненной радости духа; 3) нестяжательство. Он подтвердил христианское учение о сердце своей жизнью и личным подвигом, поэтому для Руси оно стало «практической заповедью и идеалом», а сам Преподобный, по определению В.О. Ключевского, – ее «вечным спутником и путеводителем».

С исторической точки зрения, это был период «взросления» и нравственного становления русского этноса и российской государственности. Выработка нравственных ценностей, организующих жизнь личную и общества, происходила под воздействием великих святых подвижников, о которых отец Иван Кологривов писал: «Духовность настоящих русских святых – всемирная и наднациональная. Им присущи следующие качества: простота, спокойствие, сердечная чистота и умеренность, рожденные внутренним равновесием, светлая духовная бодрость, ласка, глубокое смирение и искренняя любовь».

В XV веке на Руси сформировался институт православного старчества, не имеющий аналогов в иных христианских конфессиях. Он закрепил разделение православия на две ветви: церковно-догматическую и подвижническо-созерцательную. Старчество как особый культурно-религиозный феномен оказало существенное влияние на становление религиозно-философского учения о сердце в России и поэтому рассматривается в данной диссертации как одна из социально-исторических предпосылок формирования отечественной философии сердца. Этот институт духовного наставничества, связанный с сердечной сферой личности, уходит корнями в древнеславянскую культуру. И в XVIII – XIX веках в обновленной форме старчество сыграло важную роль в сохранении христианских идеалов любви и служения для России. Это формировало особую духовно-нравственную атмосферу, повлиявшую на многие сферы российской жизни.

К старцам Оптиной пустыни приходили Н.В. Гоголь, Л.Н. Толстой, Ф.М. Достоевский, К.Н. Леонтьев и другие писатели и философы. Такие встречи и содержательные беседы внесли свою лепту в развитие философии сердца. Достоевский определил старчество как огромную духовную силу, которую человек получает, отдавая свое сердце полностью Богу и отказываясь от собственного эгоизма в земной жизни. Устами старца Зосимы великий писатель высказал идею о сердечном служении русского народа всему человечеству. Его беседы со старцами и посещения монастыря нашли отражение в романе «Братья Карамазовы».

Отношение духовных чад к своему духовному отцу регламентировалось положениями, взятыми из «Добротолюбия», и основывалось на безграничной вере старцу, непрекословии и ограничении собственных желаний. Это могло осуществляться только через открытие сердца.

Таким образом, восточно-христианская традиция в целом стала важнейшим шагом в духовном становлении русского народа. Она определила развитие мощного пласта отечественной культуры, в том числе, и религиозно-философской мысли из которой выросла философия сердца. Русские старцы дали важную формулу – «нужно умом в сердце стоять», которая означает центрирование человеком всего внимания в пространстве сердца. Только тогда открывается созерцание «несозданной доброты», «света вечного», «несотворенной красоты», которые есть нечто, невыразимое в рациональных понятиях, как все надмирное – высшее.

В качестве теоретических источников философии сердца в России диссертантом также рассматривается идейное наследие Б. Паскаля, влияние которого на широкие слои русской интеллигенции в XIX веке было достаточно сильным. Л.Н. Толстой высоко ценил Паскаля, считал его «мыслителем-пророком», который писал философские труды «кровью своего сердца», поэтому и воздавал ему должное как «учителю человечества». Он часто обращался к «логике сердца» Паскаля, находя в ней источник надежды и духовной стойкости, нравственной чистоты и интеллектуальной честности, верности идеалу подвижничества во имя истины. Толстой писал: «Паскаль – человек великого ума и великого сердца, один из тех людей, который способен видеть через головы других людей и веков».

А.С. Хомяков считал французского мыслителя своим учителем, П.А. Флоренский видел сродство религиозно-философской системы мыслителя с православием, а Б.П. Вышеславцев отмечал его «поразительное открытие логики сердца». Паскалевскую идею о постижении истины не только разумом, но и сердцем можно назвать поворотной в европейской философии. «У сердца свои законы, которых разум не знает, и именно оно чувствует Бога, а не разум». Паскаль выявляет антропологическую дихотомию: «внешнего человека» – на уровне разума и «внутреннего человека» – на уровне сердца. Все высшие ценности жизни постигаются «внутренним человеком», поэтому имеют своим истоком сердце – «световой центр души» и вместилище любви. Именно интуиция сердца выступает у Паскаля «высшим гнозисом», так как «истина постигается любовью».

По Вышеславцеву, Паскаль предвосхитил аксиологию, как учение об иерархии ценностей, в котором духовные ценности стоят выше материальных, нравственные и религиозные – выше научно-теоретических, а персональные – выше безличных. О духовной близости идей Паскаля русской философской традиции писали исследователи, в частности, наши современники А.С. Арсеньев, Г.Я. Стрельцова.

Философски обоснованное религиозное учение о сердце в России, – отразившей взаимовлияние рационально-эмпирического знания Запада и духовно-созерцательного знания Востока, – обладает огромным интеллектуально-мировоззренческим и морально-нравственным потенциалом. Эволюционное понимание всего культурно-исторического процесса при этом идет через души и сердца людей. Поэтому духовный синтез сердца открывает перед современной наукой новые горизонты и перспективы развития знаний о многомерности человека.

Второй раздел «Содержание и смысл основных идей философии сердца в русской религиозно-философской мысли» раскрывает философское содержание идей и основных концепций сердца в истории отечественной мысли.

Основное внимание в разделе уделяется творческому наследию плеяды русских философов XVIII – XX вв.: Г.С. Сковороды, И.В. Киреевского и А.С. Хомякова, П.Д. Юркевича, В.С. Соловьева, П.А. Флоренского, Н.А. Бердяева, Б.П. Вышеславцева, И.А. Ильина. Именно их концептуальные труды легли в основание научного здания отечественной философии сердца.

Рассмотрение проблемы сердца как собственно философской начинается в России в XVIII веке. Важнейшей, ключевой для русской философии фигурой выступает Григорий Сковорода. Этот великий мыслитель и духовный учитель своего народа, сочетая духовное подвижничество с университетской образованностью, сумел дать синтез восточно-христианских постулатов и идей выдающихся античных философов. Сковорода создал религиозно-философское учение о сердце, опираясь на понятие «внутреннего человека», в котором усматривал два сердца: физическое, смертное, – и духовное, вечное. Объединение этих сердец в стремлении к Богу и всеобщему Благу (высшей идее, по Платону) – вот идеал земной жизни, к которому надо стремиться. Поэтому Сковорода и учил «видеть все вдвое» – видимое и невидимое, явное и сокровенное, и указывал, в соответствии с принципом иерархического строения бытия, что «если есть тело над твоим телом, тогда есть голова над головою и выше старого новое сердце». Именно о новом, духовном сердце говорил мыслитель и учил: «кто старое сердце отбросил, тот сделался новым человеком. Горе сердцам затверделым».

Григория Сковороду называли «истинным Сократом на русской почве», потому что он, подобно греческому мыслителю, не разделял жизнь и философствование, и, как с Сократа началась собственно философская рефлексия в античной культуре, так с Григория Сковороды началось философствование в собственном смысле в России. Он сумел органично соединить матрицы первосмыслов греческой философии и духовные истины православия, изложенные в Библии, в частности в Новом Завете.

Творчество и вся жизнь мыслителя были неразрывно связаны с нравственной заповедью и духовным совершенствованием, которое рождает гармонию в душе человека и в окружающем мире. Его метафизика сердца, посвящена преображению человека, поэтому «пульсирует» для России духовным сердцем – как живое учение Христа, и доказательна – как идеи Сократа, изложенные Платоном. Автор диссертации обосновывает положение, что в истории русской мысли Григорий Сковорода стал отправной точкой развития философии сердца, впервые соединив религиозное знание с философским. Трудный путь, который прошел мыслитель, не ожесточил его, а дал силы сказать: «Когда дух человека веселый, мысли спокойные, сердце мирное – то все светло, счастливо, блаженно. Это есть философия».

Основная черта глубокого духовного родства учения Г.С. Сковороды с его последователями – жизнь познающего и деятельного сердца. Метафизические идеи мыслителя нашли свое подтверждение в философии сердца И.В. Киреевского, А.С. Хомякова, П.Д. Юркевича, Вл.С. Соловьева, П.А. Флоренского.

Первые славянофилы, отталкиваясь от идей Григория Сковороды, положили основание русской философской традиции как конкретной философии целостного духа. Они аргументировано доказали, что истинное знание доступно лишь целостной личности. Ум только тогда прав, когда осознает и подчиняется божественной истине, хранящейся в глубине сердца. А цельность сердца достигается цельностью нравственной жизни – духовным трудом, основа которого в следовании христианскому вероучению.

Славянофилы продолжили просветительские тенденции XVIII века в России и обогатили религиозно-философское учение о сердце новыми идеями. В их онтологии сердце – центр внутренней жизни человека. И.В. Киреевский учил, что истина проявляется человеком, когда вера, надежда и любовь цементируются энергией воли в едином сердце. А.С. Хомяков обогатил религиозно-философское учение о сердце идеей соборности, т.к. он считал, что жизнь человека всегда по сути своей соборная как в социальном, так и в космическом смысле. Соборность – это множество, объединенное силою любви в органическое единство. Как «согласие личных свобод» соборность осуществляется в истинной Церкви, которую славянофилы не отождествляли с социальной церковью своего времени.

Славянофилы, по оценке Н.А. Бердяева, «положили основание русской философской традиции, как конкретной философии целостного духа». И.В. Киреевский и А.С. Хомяков сделали упор на самобытное развитие России, ее религиозно-историческую и культурно-национальную традиции. Они стремились доказать, что славянский мир призван обновить Европу более перспективными экономическими, бытовыми и, самое главное, – нравственными и религиозными началами.

Таким образом, славянофилы обосновали концепцию нравственной личности, объединенной с другими через сердце в Церковь, которая в любви, истине и согласии соборно устраивает земную жизнь. В этом смысле, их учение было обращено к будущему. Целостность, соборность и глубокая религиозность – основополагающие понятия этой философской традиции. Критика европейского рационализма и опора на православие, с его учением о сердце, объединяют родоначальников славянофильства с предшествующей и последующей русской религиозно-философской традицией.

Во второй половине XIX века П.Д. Юркевич продолжил развитие темы сердца, но уже в контексте академической науки. Работа П.Д. Юркевича «Сердце и его значение в духовной жизни человека по учению слова Божия» (1860) освещает многотрудные поиски нравственной гармонии личности и по глубине проникновения в суть проблемы сердца занимает особое место в русской религиозно-философской мысли XIX века. Идеи Юркевича оказались настолько глубокими в познании сердца человека, что, спустя полвека с момента выхода работы в свет, П.А. Флоренский включает ее разделом в свой труд «Столп и утверждение истины» (1914), сохраняя авторское название работы философа.

Вникнув в богатую религиозно-философскую символику «сердца», Юркевич открывает внутренние смысловые пласты святоотеческой традиции и «расшифровывает» их, создавая тем самым свою философско-антропологическую концепцию, значительно отличающуюся от способов философской аргументации предшественников. Разворачивая философскую систему доказательств, мыслитель для большей убедительности привлекает данные современных ему физиологии и психологии, демонстрируя универсализм своего научного мировоззрения. Он делает вывод о том, что «наши мысли, слова и дела суть первоначально не образы внешних вещей, а образы или выражения общего чувства души, порождения нашего сердечного настроения».

Впрочем, этот вывод логически вытекает из ранней концепции философа, согласно которой «состояния и настроения души не определяются во всей своей полноте деятельностью тех пяти органов чувств, которые проводят полученное ими вовне впечатление до головного мозга», а имеют свой собственный сокровенный источник – божественное присутствие в нашем сердце. По П.Д. Юркевичу, существует несомненная взаимосвязь между головным мозгом, душой и сердцем, так как телесным органом души исходящей из сердца, может быть только человеческое тело. И если сердце соединяет и центрирует в себе все силы этого тела, то оно является первичным и важнейшим органом жизни душевной. Но душевная жизнь – это иерархически организованная, сложная и многоплановая реальность. Она имеет внешнюю форму выражения (то, что обозначается как сознательная деятельность души), главным образом, через непосредственный свой орган – головной мозг, и внутреннюю форму – скрытую, глубинную, сконцентрированную в человеческом сердце, которое, по сути, является местом рождения всех форм душевной жизни.

Исходя из основополагающих принципов своего религиозно-философского учения о сердце, мыслитель освещает важную сторону феномена внутренней гармонии личности и настаивает на том, что следует различать разумность поступка и его нравственное достоинство. Сердце в этом процессе исполняет роль поводыря и ориентирует человека на разрешение вечного вопроса о добре и зле. Согласно такому подходу, философия как целостное миросозерцание, есть дело не человека, а человечества, которое никогда не живет отвлеченным или чисто логическим сознанием, но раскрывает свою духовную жизнь во всей полноте и целостности ее моментов.

Важно отметить, что принцип целостности, или холизма, играет методологически важную роль в философских рассуждениях П.Д. Юркевича. Он пишет, например: «Тело есть целесообразный орган души не по одной своей части, но по всецелому своему составу и устроению». Эта позиция характеризует его как продолжателя античной традиции платонизма во взглядах на человека, но философское осмысление он развивает в русле восточного православия и учения Г.С. Сковороды, обогатив их научным синтезом высокого порядка. В этом проявилась глубина и прозорливость философа. Главный его тезис: «Человек начинает свое нравственное развитие из движений сердца», – ставит Юркевича в ряд мыслителей, развивавших столь близкую русской душе и русской культуре «метафизику любви и философию сердца».

Гносеологические и аксиологические установки философских воззрений Юркевича роднят его с интуициями более поздних философских направлений, таких как: философия жизни, экзистенциализм и персонализм. Вл. Соловьев неоднократно обращался к философскому наследию мыслителя в работах: «Три характеристики», «О философских трудах П.Д. Юркевича», «Метафизика и положительная наука», где он не только отдавал дань уважения философу, но и излагал исходные принципы собственной системы, предвосхищенные философской концепцией Юркевича. Вл. Соловьев писал об учителе: «из того, что́ им оставлено, достаточно видно, что мы имеем дело с умом сильным и самостоятельным». В современной научной литературе до сих пор недостаточно освещена роль трудов Юркевича в становлении философии сердца в России. Данное диссертационное исследование отчасти восполняет этот пробел, так как есть все основания утверждать, что мыслитель является первым представителем классической философии сердца в истории русской мысли.

Вл. Соловьев, духовный потомок Григория Сковороды, считал П.Д. Юркевича своим учителем и развивал многие поставленные им проблемы в русле концепции всеединства. Будучи метафизиком и софиологом, Соловьев привнес в русскую философскую традицию необычайную глубину и проникновенность своими мистическими прозрениями о сердце. Сердечное вéдение (или разум сердца) выступает в софиологии объединяющим началом всех познавательных способностей сознания. Таким образом, развитие сознания невозможно при бездеятельном сердце, ибо только открытым, чувствующим сердцем можно постигнуть вселенское триединство Добро – Истина – Красота. Важнейшей целью софийного бытия (целостного гармоничного формирования) человека является личностное преображение сознания, писал Вл. Соловьев. Поэтому самая напряженная борьба происходит в глубинах человеческого существа, где разум сердца и нравственная чуткость оказываются самыми верными проводниками к идеалам софийной жизни.

В разделе показана историческая преемственность философских идей сердца в традиции русской мысли. Отечественная философия, поэзия и литература пронизаны интенциями сердца, которое невозможно передать средствами только рационального дискурса. Например, Вл. Соловьев пережил несколько мистических откровений в жизни, которые отразил сначала в цикле стихов, а затем уже в философских работах. Эти откровения раскрыли ему смысл сердца как высшего органа познания Софии Премудрости Божией. Многие выдающиеся мыслители, поэты и художники пережили и описали подобный опыт, который исихасты называли «искусством из искусств» и «художеством из художеств».

Третий раздел «Исторические судьбы идей философии сердца в отечественной религиозно-философской мысли XX века» завершает историко-философский анализ темы. Философия сердца – одно из направлений русской философии, прошедшее длительный этап исторического развития. Она вошла в ткань отечественного гуманитарного знания уже с появлением первых религиозно-философских произведений. Изначально проблема сердца решалась в ее единстве с проблемами любви и преимущественно в рамках богословия и религии, поскольку сердце является основным символом, дающим ключ к вхождению в духовную реальность христианского мироощущения. Но затем, по мере развития гуманитарного знания, проблема сердца стала привлекать все большее внимание русских мыслителей, философов, ученых и писателей – особенно в XX веке.

Русские философы первой половины прошлого века П.А. Флоренский, Н.А. Бердяев, Б.П. Вышеславцев, И.А. Ильин внесли новые идеи в философию сердца, обогатив ее содержательно и концептуально. В диссертации показан генезис религиозно-философских трактовок сердца как особого феномена, символа и органа божественного познания. В отечественной и зарубежной научной литературе доказано положение о принципиальном влиянии Платона (а не Аристотеля) на русскую религиозно-философскую мысль. Платонизм – где любви, эросу, сердцу уделено особое внимание, – всегда был близок русской ментальности и русскому душевному складу, для которых познание истины неразрывно связано с интимностью и глубиной сердца, взволнованным состоянием души. Аристотелизм же оказался более востребованным европейской философией, ориентированной на логико-рациональную проработку понятий, а не на сущностное постижение вещей. Это положение аргументировано представлено в данной диссертации.

П.А. Флоренский в XX веке начал разработку темы сердца в книге «Столп и утверждение истины» и далее развивал ее в других трудах в течение всей жизни. Он аргументировал положение, что в духовно-восходящем бытии сознания огромную роль играет разум сердца и любовь, дающие подлинную мудрость. Обретенные через духовное усилие нравственно-психологические качества являются базовыми софийными элементами праведной душевной жизни, поэтому философия сердца, по Флоренскому, выстраивается вокруг особых категорий – любви и мудрости сердца. Сам ученый своей жизнью, духовным трудом и трагической смертью сумел проявить софийный идеал в земном бытии.

Завершающая стадия научного созидания философии сердца – оформление ее как целостного и относительно самостоятельного религиозно-философского учения, – является безусловной заслугой Б.П. Вышеславцева, внесшего тем самым вклад в русскую и мировую философскую культуру. В книге «Сердце в христианской и индийской мистике» (1929) мыслитель дал сущностный анализ различных подходов к сердцу в истории цивилизации на примере культур Индии и Европы. Он доказывает обезличенность, отчужденность Божественного начала в индуизме; гипертрофию внешней, скульптурно и живописно оформленной стороны христианства в католицизме и, наконец, сокровенность духовной жизни, согретой любовью Христа, представшего богочеловеком, в православии. Отношение к сердцу в этих разных культах определяются базовыми мировоззренческими установками. Сердце в православии – это наполненный любовью центр духотворчества, средоточие человеческого существа, куда сходятся и откуда расходятся все радиусы духовно-душевной жизни.

Б.П. Вышеславцев выдвинул на первый план проблему внерационального знания в философии начала XX в., так как открытие иррационального пласта бытия было характерно для всей западноевропейской культуры рубежа XIX-XX веков: литературы, искусства и философии. Это была закономерная реакция на дегуманизацию и отчуждение человека от собственной глубинной основы, вызванные экспансией индустриальной культуры. Русский мыслитель глубоко проанализировал эту тенденцию в своих работах и сделал неутешительный вывод: мировоззренческая основа западного общества постепенно вытесняет духовную вертикаль и абсолютизирует горизонтальную, «телесную» составляющую мира.

В своем основном философском труде «Этика преображенного Эроса. Проблемы закона и благодати» (1934) Б.П. Вышеславцев органично соединил, казалось бы, несоединимое – традицию древнерусского религиозно-нравственного любомудрия (берущую начало от «Слова о законе и благодати» митрополита Иллариона), с современными ему психоаналитическими идеями и логическими конструкциями европейской классической философии. Основная мысль указанной работы: подлинная сублимация (т.е. преобразование эроса и других видов чувственных энергий) возможна лишь при наличии Абсолюта. Подлинная сублимация возможна при условии напряженной духовной работы в стремлении достичь Абсолюта.

Таким образом, применение Вышеславцевым психоанализа к изучению опыта христианских подвижников-исихастов иллюстрирует эту идею. Поэтому системы, в которых Абсолют отрицается (например, фрейдизм и марксизм) заменяют сублимацию «профанацией», т. е. не телесно-физическое возвышают до духовного, а, наоборот, духовное низводят до низшего, материального. В логико-философском дискурсе, развернутом в этой работе, мыслитель выразил свою принципиальную позицию, которой он придерживался на протяжении всей жизни и считал, что проблему человека необходимо решать в сфере синтеза наук, прежде всего – философии и психологии.

Творческая мысль Б.П. Вышеславцева развивается в двух основных сферах: социальной философии и философской антропологии. Но наиболее самобытным мыслителем он проявил себя, разрабатывая религиозно-философское учение о человеке и его сердце как центральной сфере его жизни. В сущности человека мыслитель выделяет семь онтологических ступеней, высшей из которых является иррациональная или сверхсознательная самость. Рациональный дискурс, любые интеллектуальные методы не в состоянии описать этот уровень. «Самость метафизична и метапсихична, – пишет Вышеславцев, – во всех смыслах она есть некоторое «мета», последний трансцензус. Только Откровение и мистическая интуиция указывают на эту предельную глубину». Здесь философом высказана принципиальная методологическая позиция и намечены пути преодоления ограничений рационального познания.

Б.П. Вышеславцев стремился соединить духовные истины классической русской культуры с новым научным знанием с целью выработать нравственные ориентиры жизни в мире. В преддверии войн, катаклизмов и социальных потрясений его обоснование философии сердца, утверждающее вечные ценности духовной культуры, могло бы стать мировоззренческой платформой будущей светлой эпохи.

Уникальный вклад в разработку «культуры сердца» и «морали сердца» внес русский религиозный философ И.А. Ильин, который в XX столетии переосмыслил метафизический феномен «сердечного созерцания» как самый благородный и возвышенный способ познания души. Он утверждал, что «все великое и гениальное было создано из созерцающего и поющего сердца», а способность петь сердце приобретает, когда открывается «божественным содержаниям жизни». Мыслитель пишет: оно поет, и «песнь его несет людям свет и счастье». Он также много размышлял о патриотизме, считая его состоянием возвышенного духа, который возродит Россию. Это должно сделать новое поколение – люди «чистого сердца», которые, по мысли Ильина, проявят «дух творческого подъема» и смогут «увидеть лучшее, избрать его и жить им».

В метафору «поющее сердце» И.А. Ильин вкладывал строго определенные и конкретные нравственные понятия: оно «бывает – благостно и щедро, радостно и прощающее, легко, прозрачно и вдохновенно», но возникает это состояние, когда сердце переполнено истинной любовью, и «песнь его несет людям свет и счастье». Это состояние высшей гармонии, поэтому пение сердца «льется подобно бесконечной мелодии, с вечно живым ритмом, в вечных новых гармониях и модуляциях». Эту способность сердце приобретает, когда открывается «божественным содержаниям жизни» и связывает свою глубину с небесными высотами духа. Это определение глубинно онтологично и сущностно религиозно и, в этом смысле, бесспорно, принадлежит русской философской традиции онтологического теизма (П. Флоренский). Но мыслитель добавляет сюда личностно-экзистенциальное и оптимистическое звучание: «Сердечное пение не исчерпывается и не иссякает, потому что течет из вечно обновляющейся радости. Сердце зрит во всем Божественное, радуется и поет; и светит из той глубины, где человечески-личное срастается со сверхчеловечески-божественным до неразличимости».

И.А. Ильин наделяет духовный центр человека способностью творить «созерцающим сердцем» и считает, что эта культура, представленная в лице своих лучших мыслителей и деятелей, творилась не кабинетной мыслью, а жизненным подвигом их сердец. Нравственный источник ее – евангельская совесть. «Кто ее почувствует и примет, тот сам пойдет в православие». Такая личностная позиция выдвигает Ильина в качестве самобытного автора русской философии сердца. Мыслитель утверждает: «Русская духовная культура исходит из сердца, созерцания, свободы и совести». Поэтому в мире земном совестливое сердце свободно питается духовной пищей. В нем, – наполненном «возносящей силой любви», – возжигается Божья искра, «светя и духовно оформляя душу».

Размышляя о ценностях отечественной мысли, сведенных главным образом к двенадцати позициям, И.А. Ильин дает ключ к пониманию сути философии сердца в России. Ее духовная культура положила в «основу человеческого существа жизнь сердца (чувства, любви) и исходящего из сердца созерцания (видения, воображения). В этом его глубочайшее отличие от католицизма, ведущего веру от воли к рассудку; и от протестантизма, ведущего веру от разума к воле». По мысли автора, настоящее воспитание человеческого сердца начинается от восприятия невидимой нравственной силы подвижников «человеческого духа – в искусстве, в познании, в добродетели, в политике, в праве, в труде и в молитве», ибо такие деяния сердца – есть живая связь «человека Божьей воли» с «Божьим законом».

Словом, творческое наследие И.А. Ильина обогатило духовную традицию отечественной культуры, т. к. «выросло из национально-русских и православных источников» и по удивительной «духовности, восходящей в России к греческому монашеству, возвышенно необыкновенно». И.А. Ильин внес самобытный вклад в русскую философию сердца и своей метафорой «поющего сердца» подытожил ее в XX столетии.

В заключении подводятся итоги исследования, формулируются выводы историко-научного и практического характера, указываются факты апробации положений диссертации.

Список литературы отражает основные источники по теме диссертационного исследования и включает 212 наименований.

Общий объем диссертации составляет 194 страниц.

III. НАУЧНАЯ НОВИЗНА И ПОЛОЖЕНИЯ,

ВЫНОСИМЫЕ НА ЗАЩИТУ

Научная новизна диссертации выражена в следующих положениях и выводах:

– доказано, что философия сердца является оригинальной и самобытной идейно-теоретической линией в рамках русской религиозно-философской мысли;

– раскрыто духовное содержание, специфика и смысл философии сердца в русской религиозно-философской мысли исследуемого периода;

– осуществлен анализ происхождения, становления и развития отечественной философии сердца в духовно-идейном религиозно-философском наследии России;

– обобщены признаки, условия и способы формирования будущей «культуры сердца» на примерах исторических судеб идей философии сердца в отечественной религиозно-философской мысли XX столетия.

В соответствии с авторской концепцией и идеями новизны диссертационного исследования на защиту выносятся следующие основные положения:

1. Философия сердца в истории отечественной мысли представляет собой направление религиозной философии, в котором сердце понимается как источник самобытной жизни человека, активно способствующий восстановлению в значительной мере утраченного единства его духовного и материального мира и воссозданию человека в качестве целостного социального существа.

Истоки философии сердца восходят к античной, а затем христианской традиции, но в относительно завершенном виде это течение сложилась именно в лоне русской религиозной культуры. Русский народ, приняв православную идею сердца, в течение трех веков давал ей творческое развитие и душевное наполнение. И к концу XX века она оформилась в самостоятельное и значимое направление русской религиозно-философской мысли.

2. Становление философии сердца как течения в отечественной религиозно-философской мысли с XI по XX век прошло несколько важнейших этапов – от понимания сердца в античности и византийском исихазме, через средневековую кардиогносию до достаточно разработанного, отличающегося оригинальностью и законченностью, собственно философского учения о сердце в XIX –XX веках.

Основными фигурами в его становлении и развитии выступают: Г.С. Сковорода, П.Д. Юркевич и, в определенной мере, И.В. Киреевский и А.С. Хомяков – с их философско-антропологическими представлениями о сердце. Новый этап философской рефлексии в этом направлении открыли Вл. Соловьев, П.А. Флоренский, Б.П. Вышеславцев, И.А. Ильин. Опираясь на мысль, что «дух пребывает в сердце человека», они сформировали итоговый для отечественной мысли XX века вывод: философия сердца тесно связана с метафизикой человеческого духа, где сердце – точка соединения божественной и человеческой природы, центр его творческого сознания.

3. В настоящее время русская философия сердца – это сложившееся целостное религиозно-философское направление, которое многоаспектно раскрывает идею сердца как средоточия духовно-чувственной жизни человека.

Через сердце формируются основы внутренней жизни человека, его идеалы и ценности, способы познания и векторы жизненных устремлений, направляя личность к любви, благу и красоте. Высшие чувства – любовь к Родине, патриотизм, милосердие, бескорыстие и преданность идеалам – зарождаются в пламенном сердце. Именно сердце, ответственное за высшую способность сознания, – созидательную любовь к Творцу и бытию, способствует духовному преображению человека и человечества.

4. На пороге XXI века философия сердца выступает мировоззренческой и методологической основой переосмысления роли сердца в процессе одухотворения современного человека и общественных отношений.

Потенциал философии сердца огромен и полностью еще не раскрыт. Это предстоит сделать будущим исследователям, так как с его помощью можно решать главную эволюционную задачу новой эпохи – совершенствование человека в единстве его духовно-нравственных, познавательных и творческих способностей.

Русская религиозно-философская традиция раскрывает сущность добродетельного сердца, как духовно-нравственной исследовательской основы в познании бытия, следующим образом:

а) сердце – орган, инициирующий усилия духовно-нравственного порядка, которые гармонизируют рационально-логический и интуитивно-творческий компоненты личности;

б) сердце – сакральный центр, где происходит очищение всех действий, чувств и мыслей человека, собирание его в целостную личность;

в) сердце осуществляет особое познание, исходя из высших смыслов и принципа единства всего сущего, в чем проявляется синтез и универсализм;

г) сердце рождает, аккумулирует и излучает безусловную любовь, благодатно преображающую человека и окружающий мир.

IV. НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ ЗНАЧИМОСТЬ ИССЛЕДОВАНИЯ

И ЕГО АПРОБАЦИЯ

Практическая значимость работы состоит в том, что ее результаты, выводы, предложения и практические рекомендации, авторское определение философии сердца и философских оснований для реинпретации действительности могут послужить определенным фундаментом для дальнейших теоретических и прикладных исследований как в данной области, так и в области науки и культуры.

Данное исследование позволяет представить развитие проблемы сердца в истории русской мысли как целостный духовный процесс, выявить смысловые доминанты этой области философского знания и наметить перспективы ее развития.

Данное диссертационное исследование выполняет важную социальную функцию, так как в российском обществе идет сложный процесс обретения новых ценностей и духовных ориентиров. Отечественная философия сердца в этом направлении дает целый спектр духовно-нравственных идей, раскрывающих сущностные силы человека, ориентированного на созидание и творчество.

Более конкретно, опираясь на разработанные в диссертации положения, раскрывающие сущностные и содержательные черты философии сердца, представляется целесообразным более полно и системно исследовать ряд перспективных направлений, значительно расширяющих объем научного знания по данной проблеме:

- в исследовательской практике в области отечественной и зарубежной философии, антропологии, культурологии и при изучении характерных особенностей европейской и русской мысли;

- в исследовании взаимовлияния философских культур, в том числе византийской на русскую;

- в решении проблемы типологизации русской философской мысли;

- в более глубоком и точном понимании специфики отечественной философской традиции, реального многообразия, представленных в ней идей и направлений;

- в комплексном изуче­нии творческого наследия отечественных мыслителей: Г.С. Сковороды, И.В. Киреевского, А.С. Хомякова, П.Д. Юркевича, В.С. Соловьева, Н.А. Бердяева, П.А. Флоренского, Б.П. Вышеславцева, И.А. Ильина, интерпретации их идей в контек­сте современной политической и культурной ситуации как в Рос­сии, так и в мире, поскольку проблемы сердца, нравственного и правового воспитания являются актуальными и в XXI веке.

Результаты диссертационного исследования способствуют разработке проблемно-теоретической основы для возможных подходов к изучению разнообразных аспектов взаимодействия философии и социальных наук.

В силу тематической специфики диссертации ее результаты применимы в области психологического консультирования, в разработке новых диагностических и коррекционных методик и психотерапевтических стратегий в целом.

Результаты исследования могут быть использованы в учебных курсах по истории отечественной философии, по культурологии и педагогике, в спецкурсах, посвященных проблемам философии сердца, а также воспитанию и образованию молодежи. Материалы диссертации могут послужить основой для разработки учебных программ и методических пособий по рассмотренной теме.

Апробация работы. Материалы диссертационной работы использовались в процессе чтения культурно-просветительских курсов: «Культура и этическая ценность человека», «Передовая русская и мировая мысль», «Основы ратного труда» в Народном университете культуры Черноморского флота РФ в 1995-2006 гг.; а также при выступлениях в лектории и на научном семинаре Международного Центра – Музея имени Н.К. Рериха в 2006-2010 гг.

Некоторые положения исследования апробированы в ходе обсуждения на кафедре философии и религиоведения Военного университета.

Основные результаты исследования нашли отражение в публикациях автора:

а) Публикации в изданиях, рекомендованных ВАК:

1. Лебеденко А.А. Антропологическая философия сердца П.Д. Юркевича // Вестник Московского государственного областного университета. Серия «Философские науки» №3-4. – 2007. Выпуск в серии №8-9. – М: Издательство МГОУ. – С. 129-137. – 0,75 п.л.

б) Публикации в других изданиях:

2. Лебеденко А.А. Философия сердца Панфила Даниловича Юркевича // VI Ежегодная Международная научно-практическая конференция «Перспективы и направления развития науки начала XXI-го века». Сборник докладов. – Севастополь, 2005. – С. 32-41. – 0,65 п.л.

3. Лебеденко А.А. Философия сердца Григория Сковороды: концепция цельности человека и мира // Труды Объединенного Научного Центра проблем космического мышления. – М., 2009. – Т. 2. – С. 240-253. – 0,75 п.л.

4. Лебеденко А.А. Философия сердца Григория Саввича Сковороды // Четвёртая общегородская научно-общественная конференция по проблемам культуры: «Осознание культуры – залог обновления общества». Сборник докладов. – Севастополь, 2003. – С. 24-34. – 0,6 п.л.

5. Лебеденко А.А. Григорий Сковорода: жизнь сердца // Культура и время. Общественно-научный и художественный журнал, 2009. – №3. – С. 137-147. – 0,5 п.л.

6. Лебеденко А.А. Истоки и предпосылки отечественной философии сердца: кардиогносия в древнерусской философской мысли // Вклад современной науки в общечеловеческую культуру / Сборник материалов X Международной научно-практической конференции: «Осознание культуры – залог обновления общества». Сборник докладов, (17-18 апреля 2009 г.) – Издание Севастопольского национального технического университета, 2009. – С. 106-115. – 0,75 п.л.

7. Лебеденко А.А. Философия сердца – поиск оснований нравственного сознания // Вопросы философии науки и образования: Сборник статей докторантов, аспирантов, соискателей, молодых ученых МГОУ и других вузов России. Выпуск 2 (18). – М.: Издательство МГОУ, 2003. – С. 22-39. – 0,75 п.л.

8. Лебеденко А.А. Философия сердца Серафима Саровского // Научный вестник Южноукраинского государственного педагогического университета им. К.Д.Ушинского / Сборник научных трудов /. Выпуск 1-2. – Одесса, издание ЮУГПУ им. К.Д.Ушинского, 2003. – С. 193-199. – 0,5 п.л.

9. Лебеденко А.А. Философия сердца в культурном пространстве России // Культура – синтез действенного блага: Материалы Международного общественного форума, Пермь, 6-9 июля 2006 г. – М, 2007. – С. 43-53. – 0,65 п.л.

Объем публикаций по теме исследования 5,9 печатных листов.

А. Лебеденко



[1] См. например: Флоренский П.А. Столп и утверждение истины. В 2-х томах. – М., Т. 1. Ч. 1. 1990.

[2] См.: Биллингтон Д. Икона и топор. – М., 2001; Кологривов И. Очерки по истории русской святости. – Брюссель: Жизнь с Богом, 1961; Мейендорф И. Введение в святоотеческое богословие. – Нью-Йорк, 1982; Шелер М. Избранные произведения. – М., 1994; Шпидлик Т. Русская идея: иное видение человека. – СПб., 2006.

[3] Апёнышева Л.Г. Концепция сердца в системной философии: Автореф. дис. … канд. филос. наук. – Барнаул, 2004.

[4] Хвастунова Ю.В. Познавательные способности сердца: религиозно-философская традиция и современные интерпретации: Автореф. дис. … канд. филос. наук. – Барнаул, 2005.

[5] Войно-Ясенецкий В.Ф. Дух, душа, тело. – Волгоград, 1990.

[6] См.: Гаврюшин Н.К. Б.П. Вышеславцев и его философия «сердца» // Вопросы философии. – 1990. – № 4; Кострюкова Л.О. П.Д. Юркевич и его философия «сердца». – Днепропетровск, 2001; Шенгелая И.Ш. Философия сердца Г.С. Сковороды и П.Д. Юркевича // Международный сборник исследовательских работ. СевГТУ – Севастополь, 1995. Вып. I.

[7] Ануфриева Е.И., Ануфриев В.П., Старченко М.Г. Сердце мыслит! // Новая Эпоха. 1999.

[8] См.: Гончаренко А.И. Пространство сердца как основа сверхсознания // Сознание и физическая реальность. 1997. – Т.2. – №3; Непознанное сердце // Дельфис. 2003. – №3 (35).

[9] См.: Бабина В.Н. Метафизика сердца в русской философии второй половины XIX века: П.Д. Юркевич: Автореф. дис. … канд. филос. наук. – М., 2005; Бильчук Н.Л. Кордиоцентризм как методологический принцип целостного понимания человека и его места в обществе. Автореф. дис. … канд. филос. наук. – Харьков. 2001; Голович Р. Философия преображенного Эроса и метафизика сердца Б.П. Вышеславцева: Автореф. дис. … канд. филос. наук. – М, 2003; Мусакулова А.Б. Кордиоцентризм отечественной философии // Актуальные проблемы философии: Общество, политика, культура: Мат. XXXV науч. конф. профессорско-преподавательского состава, аспирантов и студентов Таврического национального университета им. В.И. Вернадского. – Симферополь, 2006; Юсупова Ф.Н. Метафизика сердца в европейской и русской философии и культуре XX века: сравнительный анализ. Автореф. дис. … канд. филос. наук. – Нижневартовск, 2009.

[10] См.: Гидиринский В.И. Идея любящего сердца // Национальные интересы. 2003. – №2 (25); Громов М.Н., Мильков В.В. Идейные течения древнерусской мысли. – СПб., 2001; Иванов А.В., Миронов В.В. Университетские лекции по метафизике. – М., 2004; Стрельцова Г.Я. Культура сердца в этике будущего // Дельфис. – 2001; Фролов В.В. Воспитание сердца как путь развития человека новой эпохи / Новая эпоха – новый человек. Материалы международной научно-практической конференции. – М., 2000; Шаповал Ю.В. Философия сердца в творчестве Н.К.Рериха / Творческое наследие семьи Рерих в диалоге культур: философские аспекты осмысления: сб. науч. трудов. – Мн., 2005; Шапошникова Л.В. Без сердца нет сознания // Содружество. – 2005. – №17.

[11] Иванов А.В. Феномен сознания и перспективы его изучения с позиций Живой Этики // Культура и время. 2005. – №2.