Международный Центр Рерихов - Международный Центр-Музей имени Н.К. Рериха

Международная общественная организация | Специальный консультативный статус при ЭКОСОС ООН
Ассоциированный член ДОИ ООН | Ассоциированный член Международной Организации Национальных Трастов
Коллективный член Международного совета музеев (ИКОМ) | Член Всеевропейской федерации по культурному наследию «ЕВРОПА НОСТРА»

Семья РериховЭволюционные действия РериховМузей имени Н.К. РерихаТворческие отделыМеждународные конференции
Культурно-просветительская работаЗащита имени и наследия РериховМЦР: общие сведенияСотрудничествоПомощь Музею

      рус  eng
версия для печати
В.В.Фролов

«ЕДИНСТВЕННЫЙ НАШ ДОЛГ –
ВОСПРОТИВИТЬСЯ И СПАСТИ ИСТИНУ»

Рецензия на книгу А.Игнатьева «Мир Рерихов»

Ложь в книгах должна быть
преследуема как вид тяжкой клеветы.
Напутствие вождю, 78


Название анализируемой книги, вышедшей в двух частях в Калининграде в 2013—2014 гг. (издательство не указано), совершенно не соответствует ее содержанию, так как в ней не раскрываются реальный мир Рерихов, их мысли, несущие знания о путях космической эволюции человека, а показано приземленное восприятие Игнатьевым отдельных идей этих выдающихся мыслителей. Более того, автор искажает эти идеи, преподносит их в ложном свете, подменяя совершенно иными положениями и доктринами.

Почему это происходит, понять не трудно. Автор не осознает, что плодотворное осмысление жизненного пути Рерихов, их творческого наследия возможно только в пространстве космического мироощущения, в котором жили и творили эти мыслители. Однако Игнатьев обнаруживает не только непонимание методологии изучения наследия Рерихов. В его суждениях ощущается предвзятое отношение к нашим великим соотечественникам, вследствие чего напрашивается вывод о том, что он сознательно стремится бросить тень на личности Рерихов и их культурные достижения.

Я остановлюсь на некоторых узловых проблемах рецензируемой книги, чтобы показать причины грубого искажения, а зачастую и неверного толкования автором жизненного пути Рерихов и граней их творчества. Возможно, тем читателям, которым книга Игнатьева попадет в руки, мои соображения окажутся полезными, по крайней мере, они смогут задуматься, стоит ли тратить время на ознакомление с ней.


О методологии изучения наследия Рерихов

Если говорить о методологии, которую Игнатьев использовал для описания отдельных положений миропонимания Рерихов, то в качестве таковой он избрал методологию традиционной науки, ограничивающую предмет исследования рамками физического наблюдаемого мира. Такой подход закрывает возможность выявления духовного смысла рериховского культурного наследия. В результате автор, пытаясь понять миропонимание Рерихов, оказывается в методологическом тупике, выйти из которого можно только применяя качественно иную методологию, содержащуюся в системе познания нового космического мышления и, в частности, в философии космической реальности – Живой Этике.

Одним из принципов этой методологии является космический закон двойственности, согласно которому во всех явлениях бытия есть духовная и материальная стороны, взаимодействующие между собой при определяющей роли духовных аспектов. Например, плодотворное изучение природы человека возможно только на основе выявления механизма взаимодействия указанных сторон. В этом может убедиться каждый, кто обратит внимание на свой внутренний мир. В зависимости от глубины проникновения в этот мир перед человеком, несомненно, будут открываться различные формы взаимодействия духовного и материального, объективно составляющие главное содержание его жизни.

В этом плане не являются исключением жизнь и творчество семьи Рерихов. Если с точки зрения закона двойственности рассматривать основные вехи их творчества, то каждая из этих вех представляет собой своеобразное проявление единства духовного и материального.

Философская система Живой Этики, или, как ее еще называют, философия космической реальности, раскрывает двойственную природу человека и истории. В жизни человека и в историческом процессе духовная, внутренняя составляющая играет ведущую роль по отношению к внешним аспектам этих процессов. В жизнедеятельности человека духовная сторона представлена его сознанием, а в истории человечества — ее метаисторической компонентой. Выявление двойственной природы человека и истории кардинально меняет их научное осмысление, позволяя раскрывать истинные причины событий, происходящих как в жизни человека, так и на протяжении исторического процесса. В первом случае эти причины коренятся в сознании человека, которое опосредует его связи с более высокими структурами бытия, если его действия осуществляются в соответствии с космическими законами. Во втором случае такие причины обнаруживают себя в сфере метаистории, аккумулирующей духовные пружины космической эволюции человечества и находящей проявление в деятельности людей.

Данная методология помогает осмыслить эволюционные действия Рерихов, в которых ярко выражена метаисторическая составляющая: Центрально-Азиатскую экспедицию, которую крупный философ и известный общественный и культурный деятель, основатель научной школы рериховедения, академик Л.В.Шапошникова называет «творческой основой метаисторического процесса ХХ–XXI веков» [1, с. 203]; деятельность Гималайского Института научных исследований «Урусвати», в которой нашла применение одухотворенная наука; Пакт Рериха и Знамя Мира, направленные на защиту культурных ценностей и одновременно на понимание эволюционной роли культуры в развитии человечества.


Синтетический характер Живой Этики

Основание для оценки Живой Этики заключается в том, что эта философская система возникла как результат синтеза восточной мудрости и западной науки, древних духовных учений и современных представлений о человеке, обществе и Мироздании, эмпирических и метанаучных, или духовных, методов познания. Самая главная проблема, рассматриваемая в Живой Этике, которая в иных формах ставилась учеными и мыслителями всех эпох и народов и которая в философии космической реальности находит разрешение благодаря синтетическому видению явлений природного и человеческого бытия, – это раскрытие внутренних причин и тенденций развития человека и человечества. В этой связи Л.В.Шапошникова пишет: «Именно закономерностям космической эволюции, в которой смыкаются “все линии” человеческого существования, и посвящена Живая Этика. Идеи Живой Этики не абстрактны. Сложившись в природном космическом потоке, вобрав самое ценное из прошлого и настоящего человечества, объединив в себе мысль Востока и Запада, научное и вненаучное знание, они несут огромный энергетический заряд действенности, устремляя человечество к будущему, к духовному совершенствованию и эволюционному продвижению. Охватывая широчайший диапазон космических процессов, Живая Этика способствует такому пониманию человеком событий, которые бы, по словам Н.К.Рериха, “отражало суть и основу всей Вселенной”» [2, с. 38—39]. Одно из важнейших понятий, связанных с методологией Живой Этики, – это синтез, который как объективная закономерность космической эволюции есть объединение, взаимодействие и взаимопроникновение различных явлений, в результате которого возникает качественно новое явление.

Что касается процесса познания различных аспектов и явлений космической реальности посредством синтеза, то этот процесс имеет разные грани. Словарные определения представляют синтез (часто в противоположность анализу) в качестве такой логической процедуры, сущность которой представляет вывод новых, более общих положений из имеющихся частных посылок. Такое определение синтеза, скорее, носит формально-логический характер и встраивается в классическую гносеологию как один из ее методов.

В то же время познавательная деятельность человека далеко не исчерпывается логическими процедурами. Логические приемы, общая логика познания характеризует, если можно так сказать, внешний слой процесса познания. Его внутренний, глубинный слой аккумулируется в духовной жизни человека и воплощается в его идеалах и ценностях, формирующих цели и мотивы его познавательной деятельности. К одному из подобных способов, а точнее, путей познания, и относится синтез. Он характеризует такое внутреннее состояние человека, когда тот, поднимаясь над частностями, видит явление в его целостности. Человек делает это благодаря своей способности к объединению знаний о различных аспектах реальности. Важное значение для проявления способности синтетического постижения реальности имеют нравственная позиция человека и уровень его культуры.

Акт синтетического познания не возникает на пустом месте. Ему всегда предшествует довольно длительная и очень непростая работа мыслителя, ученого, научного сообщества. Поэтому синтез представляет собой процесс постепенного накопления материала, аккумулирования научных сил, духовного совершенствования человека. В то же время он может проявляться как некое озарение, выход субъекта на более высокий уровень целостности в понимании сторон реальности, Мироздания. Словом, синтез можно считать качеством внутреннего мира человека, показателем его духовного развития.

Вместе с тем, согласно Живой Этике, синтез – это не только метод познания, но и неотъемлемое качество самой космической реальности, субъектом которой является человек. По этой причине синтез представляет собой момент космического творчества. В этом смысле человек есть пассивный или активный субъект этого творчества, в пространстве которого он использует синтез как своеобразный духовный инструмент эволюционного развития. Л.В.Шапошникова отмечает, что синтез – это «магистральное направление космической эволюции человечества» [2, с. 118].

Возвращаясь к рецензируемой книге, отметим, что в философии Живой Этики Игнатьев не понимает главного – ее духовной космической природы, и это приводит его к неадекватной оценке этой философской системы. Он пишет: «…Рерихианство, несмотря на свою претензию на “восточность”, на самом деле представляет собой эклектическое соединение разнородных элементов (при этом элементы буддизма и индуизма не играют в нем первостепенной роли), в основе которого лежат сугубо современные идеи: “трансцендентальный материализм”, эволюционизм, идея уничтожения традиционного сословно-кастового деления, одержимость темой труда, то есть экономической сферой, феминизм» [3, с. 8]. Приведенный автором набор характеристик, якобы раскрывающий сущность миропонимания Рерихов, – лишнее доказательство путаности его представлений об их идеях. Чего стоит хотя бы его суждение об «эклектическом соединении разнородных элементов».

О какой эклектике в методологии Живой Этики может идти речь, если эта философская система представляет собой результат синтеза всех наивысших достижений человечества в области науки, философии, искусства, других сфер культуры? Синтетический характер методологии Живой Этики обнаруживается при постановке всех ее проблем. Прежде всего – это концепция человека-микрокосма, особенность которой состоит в том, что человек, будучи частью Космоса, рассматривается как целостное существо, взаимодействующее с Мирозданием на основе космических законов. Синтез в Живой Этике проявляется также в рассмотрении земного исторического процесса, главным в котором выступают его метаисторические, или духовные, причины.

В целом рассмотрение идей Рерихов в книге Игнатьева страдает односторонностью. Причиной этого, скорее всего, является, как уже было сказано, ограниченный рамками физического мира взгляд автора книги на Мироздание и человека. При таком подходе духовные основы эволюции остаются за пределами внимания Игнатьева, что закрывает ему возможность проникновения во внутренний, духовный смысл наследия Рерихов. Но в таком случае в этой книге содержится не научное осмысление творческого наследия Рерихов, а изложение неверных представлений автора об этом наследии, оценка которого сводится к эклектическому по своему содержанию набору высказываний.

И, наконец, приведем еще одно суждение этого автора о Живой Этике, которое искажает истинное представление об этой философской системе. «Вообще же, – пишет Игнатьев, – чтение Агни-Йоги дело достаточно трудное и доступное лишь большому энтузиасту, но не из-за сложности содержания, а из-за утомительности самого стиля» [3, с. 37]. Однако очевидно, что проблема возникла у самого Игнатьева, испытывающего трудности с пониманием философии Живой Этики в силу ограниченности собственного сознания.

Философия космической реальности, содержащая новые знания об эволюции человека и мира, – отнюдь не простая для осмысления концепция философии не только по стилю, но и по содержанию. Для ее правильного понимания и применения требуется определенная внутренняя подготовленность человека, которая заключается в освоении основ мировой культуры и формировании нравственной позиции, направленной на реализацию интересов общего блага.


Высшее Начало как личный Бог и безличный Абсолют

Рассмотрим один из примеров, связанный с поверхностным, недалеким отношением Игнатьева к философским идеям Рерихов. Сразу отметим, что понимание Е.И.Рерих Высшего Начала носит диалектический характер. «Все великие умы, – отмечает Елена Ивановна, – всегда придерживались высоких безличных идей, но нет особого вреда, если степень восходящего сознания нуждается в представлении Бога как Личного Существа. Лишь бы Существо это не явилось отображением его самого, но было бы истинным Подобием Высшего Иерарха на Лестнице Света» [4, с. 81].

Главным аргументом критики этого положения Игнатьевым выступает то, что в древних индийских учениях понятие Абсолюта не было широко распространено; скорее наоборот, считает автор книги, – многие из этих учений трактовали Бога как начало личное. Однако Е.И.Рерих занимает более широкую, по сути, диалектическую позицию по этому вопросу, о чем свидетельствует одно из ее писем: «Задумайтесь, насколько понятие Бога разнится в представлении сознаний, стоящих на разных ступенях человеческой эволюции, – отмечает она. – Оно растет и ширится по мере роста сознания, но люди обычно упускают из виду эволюцию этого Понятия. Ибо косное большинство всегда плетется в хвосте и следует раз установленным догмам. Как прекрасно изречение в “Бхагавад Гите”: “Я та нить, на которую нанизаны все эти идеи, из которых каждая подобна жемчужине”. Истинно, можно сказать: сколько сознаний, столько и представлений о Боге» [4, с. 78].

Но, по мнению Игнатьева, приведенная выше ссылка Е.И.Рерих на Бхагавадгиту не является убедительной, и как следствие для него не убедительно отождествление ею Высшего Начала с Абсолютом. В доказательство этого он также ссылается на Бхагавадгиту, в которой якобы находится аргумент в пользу его точки зрения: «…Кришна возвещает, что он выше Брахмана, абсолюта упанишад. И при этом он личность, а не некое безличное начало…» [4, с. 47]. Таким образом, личностная трактовка Бога в Бхагавадгите дает Игнатьеву основание для вывода о том, что Е.И.Рерих, игнорируя этот факт из древнего источника, обезличивает Высшее Начало и придает Ему статус Абсолюта. Между тем оснований для такой трактовки высказывания Е.И.Рерих нет, ибо в Бхагавадгите представлено целостное видение понятия Высшего Начала, в котором отражены одновременно значения личного и безличного его понимания.

Проблема Высшего Начала убедительно раскрыта в письмах Е.И.Рерих, которая связывает форму осознания этого Начала людьми с уровнем их сознания. На заре развития человечества представления о Высшем Начале, обусловленные относительно невысоким уровнем сознания, были теистическими. Эти представления связывались и до сих пор многими связываются с понятием личного Бога. Такое понимание Бога в истории человечества сыграло и продолжает играть положительную роль, ибо дает возможность человеку ощущать и осознавать связь с Высшим Началом, исходя из особенностей развития его сознания.

В то же время в процессе развития человечества в современной исторической ситуации сознание части людей подошло к такому уровню эволюции, когда они в своих представлениях о Высшем Начале оказываются способными подняться на более высокий уровень его понимания, который выражается категорией Абсолюта. Что касается критических суждений Игнатьева по этому вопросу, то их исток коренится в ограниченности его сознания, которое не позволяет ему сформировать целостный взгляд как на трактовку Е.И.Рерих Высшего Начала, так и на представления о нем в истории человечества. Понимание Высшего Начала по мере развития человечества претерпело качественные изменения от трактовки его как личного Бога до интерпретации в качестве безличного Абсолюта. В этом суть позиции Е.И.Рерих по обсуждаемому вопросу.

В то же время с точки зрения Елены Ивановны теистическое понимание Высшего Начала не является, если можно так сказать, недостатком отдельного человека или каких-то народов, ибо отражает соответствующий уровень их сознания. Более того, представление Высшего Начала как личного Бога играет в развитии данного человека или народа на определенных этапах их эволюции позитивную роль, так как открывает перед ними возможность ощущения и осознания связи с Высшим Началом, без которой их эволюционное развитие оказалось бы невозможным.


Махатмы и Заповедная Страна Шамбала

В книге Игнатьева содержится ряд высказываний, отрицающих существование Заповедной Страны Шамбалы и Великих Учителей человечества. «Согласно рерихианской мифологии, – пишет он, – сам Камень, прилетевший якобы из созвездия Орион, хранится у махатм в Шамбале…» [3, с. 121]. В представлении Игнатьева проблема существования Шамбалы и Учителей, а также Живая Этика являются отражением так называемой «рерихианской мифологии», которой он, ссылаясь на некого В.А.Кувакина, дает такую оценку: «В итоге Агни-йога оказывается “противоречивой смесью научных, антинаучных параномальных и квазирелигиозных утверждений”» [3, с. 92]. Такая путанная и, главное, ложная оценка Живой Этики снимает саму возможность обсуждения феномена Шамбалы и Учителей.

Иными словами, в суждениях Игнатьева о Живой Этике уже заложено отрицательное отношение к возможности реального существования Заповедной Страны Шамбалы и Учителей. Все это, по словам Игнатьева, элементы «рерихианской мифологии», придуманной Рерихами и тиражируемой их последователями. Но в таком случае возникает вопрос к самому Игнатьеву: какой же мир Рерихов он описывает в своей книге? Автор отрицает миропонимание Рерихов, которое отражает закономерности космической эволюции человечества и, в частности, основополагающие категории этого миропонимания. Вместо этого он предлагает читателю плоды своего воображения, которые называет «рерихианской мифологией». Однако Рерихи никогда не были творцами какой-либо мифологии. Они всегда выступали за развенчивание различных мифов и измышлений, направленных против научных и культурных достижений человечества.

Представлениями о Заповедной Стране пронизаны культурные традиции разных народов мира. Особую роль легенды о Шамбале играют в культурах Центральной Азии. Этими легендами глубоко интересовался Н.К.Рерих, который собрал о Заповедной Стране множество сведений самого разного характера. Эти сведения дали ему возможность сформировать реальное представление о Шамбале.

Н.К.Рерих знал, что Махатмы являются субъектами космической эволюции человечества и оказывают на нее определяющее влияние. Во-первых, сам он не раз встречался с Махатмами и, обладая огромным багажом знаний и даром интуитивного познания, понимал эволюционный масштаб их деятельности. Во-вторых, Учителя оказывали Рерихам огромную реальную помощь на маршруте Центрально-Азиатской экспедиции и в реализации других проектов. В-третьих, на Востоке, как показывает Николай Константинович в своем труде «Шамбала Сияющая», существование Учителей и Шамбалы даже не подвергается сомнению. А культура Востока была для него одним из важнейших источников знаний о природе человека и особенностях его космической эволюции, в которой Шамбала и Учителя играют определяющую роль. «Лама, – пишет Н.К.Рерих, – мы знаем величие Шамбалы. Мы знаем реальность этого несказуемого места. Но мы также знаем и реальность земной Шамбалы. Мы знаем, как некоторые высокие ламы ходили в Шамбалу, как на своем пути они видели обычные физические предметы. Мы знаем рассказы одного бурятского ламы, как его сопровождали через очень узкий тайный проход. Мы знаем, как другой посетитель видел караван горцев, везущих соль с озер, расположенных на самой границе Шамбалы. Более того, мы сами видели белый пограничный столб, один из трех постов Шамбалы. Поэтому не говори мне только о небесной Шамбале, но говори и о земной; потому что ты, так же как и я, знаешь, что земная Шамбала связана с небесной. И именно в этом месте объединяются два мира» [5, с. 37].

Огромная заслуга Н.К.Рериха заключается в том, что он впервые смог осмыслить мифологические и легендарные представления о Шамбале и в этом сложнейшем многомерном духовном корпусе выявить знания о реально существующей Заповедной Стране, отразив их своих трудах. «Языком легенд и мифов, – пишет Л.В.Шапошникова, – он сумел выразить сложнейшие понятия Космической эволюции, соединяя в единое целое древнее образное и умозрительное знание с современной научной мыслью» [6, с. 10].

В современную эпоху некогда сокрытое в мифах и легендах знание о Великих Учителях, Обителью которых является Заповедная Страна Шамбала, проявилось в научной по своей сути концепции Живой Этики: «Нужно понять, – отмечается в книге «Надземное», – что наша работа посвящена знанию. Мы помогаем каждому полезному труженику. Мы не стеснены условными различиями рас и классов. Мы усиленно следим, где блеснет луч самоотверженного подвига.

Наш Храм есть Храм Знания. Мы собираем к нему все самое высшее и сберегаем в нем утверждения будущего» [7, 18].

Примером глубоких научных исследований миропонимания Рерихов являются работы Л.В.Шапошниковой. Обратимся в связи с поставленными выше вопросами к ее книге «Великое путешествие. Книга третья. Вселенная Мастера» [8], в которой автор избирает объективный подход к рассмотрению проблемы, связанной с деятельностью Учителей и Шамбалой. Л.В.Шапошникова ведет читателя по сложному пути осмысления этой проблематики, выявляя по ходу исследования бесценные крупицы знаний. Эти знания содержатся в мифологии, культурно-исторических традициях и в философской системе Живой Этики.

Согласно такому подходу, в мифологии обнаруживается вполне оформившаяся линия повествования об Учителях. Так, например, в мифологии народов Центральной Америки в древние времена существовал бог Кецалькоатль, который одновременно обладал качествами культурного героя, Великого Учителя и философа. В качестве примера богов, культурных героев-мудрецов и Учителей Людмила Васильевна приводит также имена древнегреческого Орфея и скандинавского Одина. В Древнем Египте таким Учителем-мудрецом был Гермес. «Мастер всех наук и искусств, знаток всех ремесел, Правитель Трех Миров, Писец Богов и Хранитель Книги Жизни, Тот Гермес Трисмегист – Трижды Великий и Величайший – “Первый Интеллигент” – считался древними египтянами воплощением Универсального Ума», – так пишет о нем в своем труде М.П.Холл [9, с. 110]. Рассматривая мифологические образы, Л.В.Шапошникова отмечает их двойственность, то есть такой характер, который проявляется на небесном уровне (боги) и земном (культурные герои и реальные исторические личности). «Символика мифологического образа, – делает вывод Людмила Васильевна, – отражает в себе Великое единство и Великую двойственность» [8, с. 105].

Знания об Учителях, как отмечает Л.В.Шапошникова, содержатся в мифологии народов Азии, Европы, Америки, Австралии и Африки [8, с. 82]. Это знание сосредоточено на трех внутренне связанных уровнях представления об Учителях – божества, культурного героя и исторически существующей личности. Эти уровни образуют целостное культурное пространство легенд об Учителях. «Понять, – пишет Л.В.Шапошникова, – где божество, где мифологический герой и где адекватная двум первым историческая личность и как одно переходит в другое, значит открыть реальность, стоящую за мифом. А реальность эта – Учитель, во всех его ипостасях. Надо иметь в виду, что и у бога, и у мифологического культурного героя, и у исторической личности есть общие черты, которые связаны, в первую очередь, со знаниями, приносимыми всеми ими людям. <…> Иными словами, вся деятельность сущностей, связанных тем или иным способом с Высшим, сводилась к самому главному – передаче знаний. Знания как таковые лежали в основе эволюционного продвижения человечества» [8, с. 85]. Эта традиция передачи знаний сохранялась на протяжении всей истории человечества и продолжает сохраняться до сих пор. В этом отношении самым ярким примером является Индия, в культуре которой эта линия никогда не прерывалась. «Непрерывающаяся линия мудрецов-учителей проходит через всю историю Индии, как бы отражая в себе Великий закон Иерархии одушевленного Космоса, – Учитель есть главное лицо в духовном совершенствовании каждого из нас. В культурном герое существуют как бы две жизни – одна небесная, другая земная. В мифологии часто бывает трудно отличить бога или божество от исторической личности, которая под этим же именем действует на земле, сохраняя за собой функцию культурного героя. Известно, что за каждым мифологическим персонажем стоит своя реальность, которую необходимо правильно осмыслить. Культурный герой, от архаической до классической мифологии, проходит через сознание человека свой эволюционный путь» [8, с. 84].

Иными словами, Л.В.Шапошникова, размышляя о Великих Учителях, вслед за Н.К.Рерихом ставит проблему собирания знаний о них, которое возможно только в процессе тщательного исследования мифологии. Это знание сокрыто в древних легендах и преданиях о богах, культурных героях и Учителях, о чем свидетельствуют культурные традиции разных народов мира. В то же время ориентация на это знание и формирование на его основе реальных представлений о сложнейших феноменах космической эволюции человечества — единственный путь их правильного понимания.

А что же нам предлагает в этом плане А.Игнатьев? Логическую непоследовательность и мировоззренческую расплывчатость своих суждений, которые свидетельствуют о непонимании автором философского наследия Рерихов.

С позиций традиционной науки существование Учителей, которых на Востоке называют Великими Душами, вполне можно расценивать как загадочный миф или фантастический вымысел. Существующая в узко материалистической парадигме наука не допускает существование Шамбалы и Учителей, ибо они не входят в предмет ее изучения, который ограничен рамками видимого физического мира. Следуя этому подходу, Игнатьев пишет: «…Можно смело утверждать, что вторая встреча Рерихов с махатмой является таким же плодом воображения, как и первая. Просто Рерихи увидели какого-то странного ламу, и воображение подсказало им, что перед ними “посланец Шамбалы”» [3, с. 19]. И еще: «Таким образом, можно предположить, что во время своей прогулки в парке Елена Рерих увидела двух индийцев в военной форме и под влиянием прочитанной ею до этого теософистской литературы, вообразила, что это и есть махатмы» [3, с. 14]. Автору книги, опять же, в силу его приземленных представлений о космической реальности оказалось недоступным понимание обликов Великих Учителей и их определяющей эволюционной роли в развитии человечества.


Новая наука: парапсихология или пространство космического сознания?

Новая наука, опирающаяся на космические законы, берет свое начало в философии Серебряного века России и в трудах ученых-космистов. Такая наука связана с одухотворенным Космосом и в ней используется новая система познания, содержащаяся в космическом мировоззрении. Получившая свое развитие в Живой Этике, новая наука рассматривает историю не как внешне данную предметность и событийность, а как взаимодействие метаистории и истории. Метаистория, выявляемая как внутреннее духовное содержание этого взаимодействия, причинно обусловливает ход земной истории. Созвучные идеям Живой Этики высказывания содержатся в работах Н.А.Бердяева. «Небесная история и небесная судьба человека, – отмечает философ, – предопределяют земную судьбу и земную историю человека. Есть пролог на небе, в котором задана мировая история, поставлена тема ее. Что представляет собой эта небесная история? Это и есть истинная метафизическая основа истории. Небо и небесная жизнь, в которой зачат исторический процесс, есть ведь не что иное, как глубочайшая внутренняя духовная жизнь, потому что, поистине, небо – не только над нами и не только в каком-то отдалении от нас, как трансцендентная сфера, почти недосягаемая, – небо есть и самая глубочайшая глубина нашей духовной жизни» [10, с. 5]. Рерихи, применяя новую науку, не только выявили единство метаисторического и земного, но и сами приняли непосредственное и деятельное участие в реализации метаисторической составляющей космической эволюции человечества.

А.Игнатьев, пытаясь раскрыть концепцию новой науки, о которой говорится в наследии Рерихов, дает ей неверную трактовку. Он применяет тот же прием, что и при описании Живой Этики: эклектически соединяет в своей характеристике моменты, которые к новой науке не имеют никакого отношения. «Как видно, – пишет Игнатьев, – за разработку “Новой науки” в семье Рерихов была “ответственна”, если можно так выразиться, прежде всего, Елена Рерих. Созданная ею “наука будущего” представляет собой соединение разнородных элементов: древних натурфилософских идей (параллелизм микрокосма и макрокосма), представление о сердце, как о центре мыслительной деятельности, концепций Блаватской и других оккультистов (психическая энергия Рерихов – не что иное, как “астральный свет” Элифаса Леви), идей и гипотез европейских ученых нового времени (обитаемость всех планет Солнечной системы), парапсихологии, зародившейся как раз при жизни Рерихов, и собственных фантазий “Матери Агни-йоги”. Будучи весьма любопытным феноменом человеческой мысли, собственно научной ценности “Новая наука” не представляет…» [3, с. 91—92]. Новая наука, подчеркивает Игнатьев, связана прежде всего «с изучением парапсихологических способностей человека» [3, с. 73]. Тем самым он сводит новую науку к парапсихологии, при этом отмечая, что «многие ученые и ранее и сейчас вообще критически относились к парапсихологии, вплоть до полного отрицания парапсихологических феноменов» [3, с. 74].

Итак, автор книги (по незнанию или намеренно), говоря о новой науке, подменяет предмет новой науки, исследующей законы взаимодействия человека и Космоса, парапсихологией, которая занимаемся различными аномальными явлениями, но предмет которой до сих пор четко не определен. Между тем для Е.И.Рерих предметом новой науки является изучение «скрытых сил и свойств человека и взаимодействия и взаимозависимости Микрокосма и Макрокосма… Новая наука о силе и свойствах человека должна войти в жизнь» [11, с. 283]. Как видно из данного ее высказывания, изучение свойств человека, представляющего собой Микрокосм, должно проводиться в неразрывной связи с изучением Макрокосма.

Вообще, прочтение главы книги А.Игнатьева «Новая наука» наводит на мысль о том, что автор не справился с анализом миропонимания Рерихов как целостного космического мировоззрения, а ограничился отдельными суждениями и оценками второстепенного характера, не только не раскрывающими процесс научного исследования в свете новой науки, но и искажающими ее внутренний смысл. Это свидетельствует о том, что Игнатьев не смог вместить представления Рерихов об одухотворенной науке и осуществить анализ ее философских основ. В таком случае ему больше ничего не оставалось, как ограничиться внешним и фрагментарным описанием явлений, которое скорее напоминает видимость их научного рассмотрения.

Надо также подчеркнуть, что в Живой Этике, данной человечеству на долгие времена, при рассмотрении различных явлений и возможных событий никогда не называются земные сроки. Между тем в книге Игнатьева различные явления и процессы оцениваются земными мерками, которые в данном случае приобретают конкретные временные границы. «Живя спустя восемьдесят лет, – пишет автор книги, – после того, как делались подобные предсказания, мы можем констатировать, что Рерихи целиком ошибались» [3, с. 78]. И далее дает характеристику состоянию парапсихологии, с которой, как было показано выше, отождествляет новую науку. Тем самым он переносит кризисную характеристику парапсихологии на новую науку. В этой связи он пишет: «Парапсихология, возникшая как результат попыток научного осмысления оккультизма, не получила развития, напротив, пережив бум в 70-х гг., с 80-х гг. парапсихологические исследования заметно сократились. Первоначальные исследования сейчас признаны неубедительными» [3, с. 78].

Между тем идеи новой науки были воплощены в Живой Этике системно и целостно. Надо подчеркнуть, что Рерихи не только заложили основы новой системы познания, составляющей один из необходимых аспектов этой философской системы, но и плодотворно применяли ее принципы в своих научных исследованиях. Это в полной мере относится ко всем членам семьи Рерихов. Кроме того, согласно Живой Этике, новая наука устремлена в будущее. «Нововведения во всех областях науки и в школах необходимы. Со старой наукой в будущем мире далеко не уедешь. С одной стороны, надо искоренить все ненужные нагромождения, с другой – нужно глубже вникнуть в явления, прибавляя современные достижения. Слишком много лет проходит сейчас, пока достижения лабораторий, исследования и открытия доходят до школы и народа. Нужно при школах устроить информационные отделы с популярным изложением новейших достижений. Явление ускорения сведений очень необходимо, ибо газеты не дают важнейших сведений» [12, 492].

Сегодня идеи Рерихов получают научное осмысление и развитие в деятельности Международного Центра Рерихов (МЦР) и, в первую очередь, в трудах Л.В.Шапошниковой. Помимо ее личного вклада в разработку методологии новой науки и ее применения в научных исследованиях, надо отметить инициативу Людмилы Васильевны по созданию Объединенного Научного Центра проблем космического мышления (ОНЦ КМ) – отдела МЦР и группы по изучению Живой Этики при ученом совете МЦР и руководству ими. Эти структуры аккумулируют усилия ученых по осмыслению философской системы Живой Этики и формированию новой науки. Одним из актуальных направлений исследований ОНЦ КМ в этом плане выступает разработка проблемы синтеза эмпирической науки и метанауки как путей научного познания.

Согласно философии Живой Этики, когда новая наука сформируется в сознании ученых, она будет носить одухотворенный характер благодаря их связи с более высокими структурами Космоса. Все члены семьи Рерихов были ярким примером ученых, обладавших космическим сознанием и работавших в пространстве новой науки.

Отличительной особенностью одухотворенной науки станет новая система познания, объединяющая эмпирические и духовные, или метанаучные, методы познания. Новой науке будет подвластно и раскрытие двойственного характера исторического процесса. Именно об этой его особенности писал Н.А.Бердяев: «Философия истории должна быть метафизикой истории с раскрытием того пролога на небе, которым определяются исторические судьбы, с раскрытием внутренней духовной истории, потому что небо – есть наше внутреннее духовное небо. Это и будет раскрытием той истинной связи между историческим и метафизическим, в котором я вижу глубочайшее значение всякой христианской философии истории. Она преодолевает разрыв и противоположность, она познает величайшее соединение, сближение и отождествление, таинственное преосуществление, таинственное преображение одно в другое – небесного в земное, исторического в метафизическое, внутреннего во внешнее» [10, с. 32].

Пространством реализации новой системы познания выступит космическое сознание ученых, научные исследования которых будут проводиться с точки зрения космического мировоззрения. И, наконец, новая наука будет возможна только на основе этики, которая станет ее нравственной основой.


«Психическая энергия называется энергией ВСЕНАЧАЛЬНОЙ»

В миропонимании Рерихов одно из важнейших мест занимает категория психической энергии, позволяющая осмысливать законы и механизмы космической эволюции человека. «…Психическая энергия называется энергией ВСЕНАЧАЛЬНОЙ, следовательно, она включает в себя все остальные энергии, которые являются лишь ее дифференциациями, – пишет Е.И.Рерих. – Так Парофохат есть основная, или всеначальная, психическая энергия в ее наивысшем космическом аспекте, и Фохат есть следующий аспект ее в проявленной Вселенной. Та же психическая энергия в качестве жизненной силы разлита всюду как ПРАНА» [13, с. 147–148].

В отличие от Рерихов Игнатьев отказывает категории психической энергии в универсальном значении и сводит ее исключительно к психическим феноменам, необоснованно суживая ее толкование. В духе традиционной науки автор книги рассматривает проблему психофизического параллелизма, сторонники которого, а вслед за ними и сам он, берут психические и физические явления отдельно друг от друга. «Важнейшим следствием “синтетического подхода”, – критикует автор книги подход Рерихов к психическим и физическим процессам в человеке, – оказывается то, что стирается грань между психической и физической реальностями» [3, с. 74]. Отметим, что Рерихи, опережая в подходе к указанной проблеме традиционную науку, видели в психических и физических явлениях общую энергетическую основу, роль которой играет всеначальная энергия.

Но в таком случае критика А.Игнатьева по этому вопросу свидетельствует о том, что он вообще не понимает, в чем состоит универсальный характер психической энергии, концепция которой, согласно работам Рерихов, позволяет разрешить проблему психофизического параллелизма, стоящую на повестке дня науки уже более ста лет. Вследствие непонимания Игнатьевым тончайшей природы и универсального характера психической энергии механизмы космической эволюции человека, в которых категория психической энергии занимает важнейшее место, остаются за пределами рассмотренных им вопросов. Между тем понимание роли психической энергии в этих механизмах раскрывает процессы взаимодействия человека и Космоса.

Однако, несмотря на революционные открытия Рерихов в области философии, которые касаются, в частности, представления об энергетических основах развития человека и Космоса, Игнатьев пытается критиковать их за «абстрактные» высказывания. «Каков же путь, благодаря которому человек, согласно учению Агни-йоги, сможет развить в себе психическую энергию? – вопрошает он. – Увы, никаких конкретных советов Елена Рерих не дает, покрывая все красивыми фразами общего характера» [3, с. 79]. Здесь Игнатьев дает заведомо ложную информацию, ибо Е.И.Рерих в своих письмах указывает весьма конкретные пути развития психической энергии. «Псих[ическая] энергия – пишет она, – есть любовь и устремление. <…> Выработка в себе постоянного, ничем не сломимого устремления к совершенствованию, к Свету во всех проявлениях и будет развитием этой жизнедательной энергии. <…> Можно сказать, что там, где нет устремления, там отсутствует и высокая психическая энергия» [13, с. 148]. И еще: «Высокая нравственность является основанием для развития и обновления источника жизненной силы – энергии психической…» [14, с. 37]. Однако для Игнатьева любовь, устремление к Свету, нравственность – это просто абстрактные фразы.

Кроме того, в книгах Живой Этики показывается немало путей и механизмов, раскрывающих возможности развития психической энергии и ее применения в жизни. Главный из них – неуклонное следование человека по пути культуры, которая аккумулирует психическую энергию и выступает основой его творчества. Это способствует совершенствованию человека и развитию его лучших качеств: устремленности к познанию, восприятию красоты, добросердечия, самоотверженности, героизма, сотрудничества ради Общего Блага и многих других. В Живой Этике есть и другие советы по обращению с психической энергией: «Психическая энергия есть тончайшая, поэтому и обращение с нею должно быть возвышенно утонченное» [15, 388].


Новая Страна – это страна Высокой Культуры

В книге А.Игнатьева неверно представлена категория Новая Страна, которая является одним из оснований концепции Н.К.Рериха об эволюционном развитии человечества. Под Новой Страной мыслитель подразумевал будущую страну Великой Культуры. Между тем А.Игнатьев в трактовке этой категории идет в фарватере «исследований» В.Росова, который подменяет философское понятие Новой Страны понятием нового государственного образования, имеющим определенные географические и политические характеристики, а Рериху приписывает действия по его созданию на территории Китая, Индии, Монголии и России.

По сравнению с Росовым Игнатьев в свою оценку категории Новой Страны не вносит ничего нового. Единственное, что отличает его воззрения по этому вопросу, – это навязчивое стремление провести аналогии между идеями Рерихов о Новой Стране и некоторыми особенностями развития СССР и Монголии в ХХ столетии. Однако эти аналогии в силу их методологической ошибочности искажают идеи Рерихов. Так, город Знаний, о котором писала Е.И.Рерих, по мнению Игнатьева, наводит на мысль о советских наукоградах [16, с. 21—22]. Перевоспитание пьяниц и преступников – «не может не напомнить практику советских ЛТП» [16, с. 32]. Высказывание о древних языках, которые в школах Новой Страны должны остаться по выбору, почему-то вызвали у него ассоциацию с послевоенным временем, когда при Сталине «на короткое время в советских школах вводили латынь» [16, с. 31]. И, наконец, приводя высказывание из работы «Напутствие Вождю» об очищении библиотек: «На полках книгохранилищ целые гнойники лжи. Было бы недопустимо сохранять этих паразитов» [17, с. 79], Игнатьев пишет: «Эта идея явно навеяна проводившейся в СССР в 1932 г. акцией по изъятию из библиотек “идеологически вредной” литературы» [16, с. 32]. Между тем в книге «Напутствие Вождю» речь идет вовсе не об «идеологически вредной» литературе, а о книгах, в которых содержится ложь (кстати, в том же параграфе, на который ссылается Игнатьев, выдергивая цитаты из контекста). Стоит отметить, что анализируемый опус является ярким примером того, о чем говорится в «Напутствии Вождю».

Подчеркнем, что указанные аналогии носят методологически ошибочный характер. Игнатьев пытается превратить категорию Новой Страны в объект конкретно-исторических аналогий. Это приводит к подмене этой категории фактами развития СССР и Монголии, что закрывает возможности анализа ее смысла. Истинный смысл категории Новой Страны может быть раскрыт только на философском уровне анализа, так как в работах Рерихов эта категория показана с философской точки зрения и включена в концепцию космической эволюции человечества.

Рассуждения же Игнатьева содержат неверный взгляд, уводящий читателей от понимания истинного смысла Новой Страны. Такой взгляд вполне объясним, если вспомнить, что автор книги вынужден оставаться в пределах социологического подхода, который дает лишь частичное и поэтому одностороннее, а не целостное понимание исторического процесса, и не позволяет выявить его духовную составляющую, так как ограничивает рассмотрение исторических реалий исключительно земными, трехмерными рамками. Между тем культурные основания эволюции общества, образующие внутренний смысл Новой Страны, остаются за границами познавательных возможностей автора книги.

Обращение к трудам Н.К.Рериха показывает, что под Новой Страной, как уже было сказано, он имел в виду страну Великой Культуры, которую люди построят в будущем. «Если вас спросят, в какой стране вы хотели бы жить и о каком будущем государственном устройстве вы мечтаете, с до­стоинством вы можете ответить: “Мы хотели бы жить в стране Великой Культуры”, – пишет мыслитель. – Страна Великой Культуры будет вашим благородным девизом: вы будете знать, что в этой стране будет мир, который бывает там, где почитаемы истинная Красота и Знание. Пусть все военные министры не обижаются, но им придется уступить их первые места министрам Народного Просвещения. <…> Ничто не может быть чище и возвышеннее, нежели стремиться к будущей стране Великой Культуры» [18, с. 35—36]. Устремления Н.К.Рериха были направлены на то, чтобы донести до человечества свои представления о более высоком в культурном плане состоянии общества. В работах Мастера красной нитью проходят идеи Культуры, Красоты и Знания. «Но как перенести в жизнь это понимание Культуры? – ставит проблему Николай Константинович. — Конечно, не на словах и заоблачных проектах. Только упорным, сознательным трудом – практичным и озаренным – вы достигнете жизненное следствие. <…> Творчеством и знанием эта реальность Культуры займет главное место жизни. Великая Красота и Мудрость укрепят строительство этой новой завоеванной жизни. <…> Открыв глаза Красотой, вызывая молодые силы к широкому кругозору, народы решают свою судьбу» [18, с. 27—28].

В другом своем труде мыслитель пишет: «Очень знаменательно, что в основу новых преобразований и преуспеяний полагаются принципы, завещанные глубокой древностью. Наверное, для многих поверхностно современных людей все эти принципы будут лишь отвлеченностями, странными в устах государственного деятеля. Но нам это обращение к вечно живой этике очень близко. Ведь на непоколебимых, вечных основах этических может строиться и настоящее преуспеяние, и благосостояние народов. Трезвость, дисциплина, самосознание, понимание обязанности и стремление к строительству построится не на отрицательных формулах, попирающих все бывшее, но именно на утверждении незыблемых начал» [19, с. 113—114].

Всесторонняя и целостная характеристика общества будущего, или Новой Страны, дана в одной из книг Живой Этики «Община». «Знание Мы полагаем в основу Общины, не ограничивая его, – читаем в этой книге. – Опыт и доброжелательство Полагаем в основу Общины» [20, 266].

Эволюционную миссию строительства Страны Великой Культуры Рерихи возлагали на Россию. Они считали, что уже в современной им исторической ситуации надо внимательно присматриваться к происходящим на Родине процессам обновления. В этом контексте категория Новой Страны приобретает еще одно значение – под Новой Страной подразумевается Россия. В связи с этим Е.И.Рерих пишет: «Сейчас мой совет – очень внимательно присматриваться ко всем знакам, идущим из Нов[ой] Стр[аны]. Поистине, можно считать, что чудеса Преподобного насыщают ее. Конечно, Преподобный Сергий, “Богом данный Воевода Земли Русской”, есть Единая Великая Индивидуальность, столь близкая нам. …Близко время, когда народ вспомнит, Кто был его настоящим духовным Воспитателем и Строителем его Государства и Кто его Заступник, Хранитель и Водитель» [21, с. 233]. Итак, происходящие с Россией трансформации, о которых пишет Е.И.Рерих, в сторону проявления и укрепления духовных основ ее развития идут в русле эволюционной миссии нашей Родины по строительству Новой Страны. Это можно считать частью реализации Великого Плана, или Плана Учителей по строительству Нового Мира.

Под Новым Миром Рерихи имели в виду Мир сотрудничества и красоты. «Новый мир требует новых понятий, новых форм и определительных. Все происходящее ясно указывает, куда направляется эволюция. Создается эпоха общего Сотрудничества, общего дела и коллективной солидарности всех трудящихся, вне всяких классов. И самая насущная задача, встающая сейчас перед человечеством, есть именно синтезирование духовного и материального, индивидуального с универсальным и частного с общественным» [21, с. 143].

Таким образом, Новая Страна есть страна Великой Культуры, а эволюционная миссия ее строительства принадлежит России. Здесь надо обратить внимание на то, что Н.К.Рерих связывал категорию Новой Страны исключительно с Россией, а не с Центральной Азией, как это делает Игнатьев.

Следует подчеркнуть, что в работах Рерихов отсутствуют какие-либо идеи и положения, касающиеся создания нового государства в Азии. Очевидно, если бы попытки создания такового имели место, то они обязательно бы нашли отражение в научных исследованиях, публикациях, выступлениях о Н.К.Рерихе и членах его семьи и, самое главное, в документах самого Николая Константиновича. Скорее всего, эти вопросы обсуждались бы в переписке Рерихов друг с другом и другими корреспондентами.


Вместо послесловия

А.Игнатьев попытался рассказать читателю о мире Рерихов, однако эта попытка оказалась по всем позициям неудачной. Причины этого следующие.

1. Автор исключил весь культурный контекст, исторические условия, которые сопровождали появление нового космического мышления, содержащегося в философской системе Живой Этики и других работах Рерихов. Эти условия связаны с космизмом Серебряного века России, с творчеством выдающихся русских философов В.С.Соловьева, Н.А.Бердяева, П.А.Флоренского и ученых-космистов В.И.Вернадского, К.Э.Циолковского, А.Л.Чижевского. В трудах этих мыслителей получили разработку отдельные идеи нового космического мышления, что в значительной мере способствует осмыслению философской системы Живой Этики.

Вне этих эволюционных и исторических условий творчество семьи Рерихов предстает перед нами некой абстрактной доктриной, не имеющей духовных корней не только в философии и науке России ХIХ–ХХ века, но и в мировой культуре, что и произошло в рассматриваемой книге. Иными словами, творческая и общественная деятельность семьи Рерихов выпадает из истории и культуры своего времени, она оказывается не связанной ни с прошлым, ни с будущим человечества. Такой взгляд на творчество этих выдающихся мыслителей противоречит не только методологии нового мышления, но и подходам традиционной науки, в которой принцип взаимосвязи прошлого, настоящего и будущего при рассмотрении исторических событий представляет одно из методологических положений.

2. В книге не учтен эволюционный контекст творчества семьи Рерихов и прежде всего то, что философия Живой Этики является творческим импульсом космической эволюции. По заданию Учителей Рерихи осуществляли планетарные проекты – Центрально-Азиатскую экспедицию, развитие новой науки в Институте «Урусвати», продвижение Пакта Рериха и Знамени Мира. Эволюционный контекст философии Живой Этики связан с эволюционной миссией семьи Рерихов, состоящей в том, что они под руководством Учителей сформировали духовно-энергетические условия перехода человечества на более высокий виток космической эволюции.

3. Автор книги, обладая «узким сознанием» и ограничиваясь приземленными представлениями о творчестве Рерихов, не смог вместить величия духовного вклада наших соотечественников в мировую культуру и их выдающейся духовно-нравственной роли в эволюционном развитии человечества.

Между тем мир Рерихов – это их жизнь и творческое наследие, в котором выражены закономерности космической эволюции. Семья Рерихов – это высокодуховные личности, и их вклад в науку, искусство, в культуру в целом бесценен и представляет собой духовно-нравственную основу более высокой эволюционной ступени человечества, движение к которой начинается уже сегодня.

4. Для сознания Игнатьева «мир Рерихов» оказался закрытым, поскольку, рассуждая о личностях высочайшей духовности и нравственности, он запутался в тенетах узкого материализма. Автор попытался проникнуть в многомерное пространство «мира Рерихов», используя традиционные трехмерные представления о человеке и истории. Таким образом, попытка оценки Игнатьевым творческого наследия Рерихов – это попытка с негодными средствами, а именно методами старой науки, ограничивающими представления о рериховском наследии рамками одностороннего социологического подхода.

В то же время в рериховедении обосновано, что жизнь и творчество Рерихов могут быть плодотворно осмыслены исключительно в свете космического мироощущения, открывающего возможности целостного понимания их наследия.

5. По причине узости сознания автор не смог увидеть, что центральными понятиями в мировоззрении Рерихов являются дух, культура и сердце человека, развитие которых при самосовершенствовании делают его подлинным сотрудником Космических сил. В результате, пытаясь понять мир Рерихов, он оказался заложником приземленного, трехмерного взгляда на творческое наследие наших великих соотечественников.

Чтобы писать о жизни Рерихов и их творчестве, надо знать философские основы их мироощущения, которые заложены в Живой Этике и других работах этих мыслителей. Лучший путь для этого – осмысление и применение новой теории познания, в которой наряду с эмпирическими используются и духовные методы, а предмет исследования берется в единстве духовного и материального как явление целостное.

Эти выводы справедливы для всей компании «критиков» философского наследия Рерихов – шишкиных, минутко, андреевых, росовых и других, кто продолжает выписывать темные круги домыслов и клеветы вокруг светлых имен и их высочайшего по духовной наполненности творческого наследия. То, что делают эти лица с творческим наследием — источником света, не ново. В истории всегда находились те, кто избирал путь борьбы со светлыми силами, но, как показывает та же история, это никому не приносило и не приносит пользы. Это обстоятельство самым непосредственным образом относится к А.Игнатьеву.

В этой связи нельзя не согласиться со словами выдающегося писателя-гуманиста Германа Гессе: «Ученый, который в роли оратора, автора, учителя сознательно говорит неправду, сознательно поддерживает ложь и фальсификацию, не только оскорбляет органические законы бытия, он, кроме того, вопреки, злободневный видимости приносит своему народу не пользу, а тяжкий вред, он отравляет ему воздух и землю, пищу и питье, ум и справедливость и помогает всем злым и враждебных силам, грозящим народу уничтожением» [22, с. 318].

В то же время есть люди, которые занимают противоположную позицию, направленную на защиту светлых имен подвижников. Такими подвижниками является семья Рерихов, которая оставила человечеству бесценное культурное наследие, содержащее зерна высокой истины. А истину надо защищать. «Если в борьбе интересов и лозунгов, – читаем у Г.Гессе, – истине грозит опасность оказаться такой же обесцененной, изуродованной и изнасилованной, как отдельно взятый человек, как язык, как искусства, как все органическое или искусно взращенное, тогда единственный наш долг – воспротивится и спасти истину» [22, с. 318].


Литература

1. Шапошникова Л.В. Метаисторическая живопись Н.К.Рериха. М.: МЦР, Мастер-Банк, 2013.

2. Шапошникова Л.В. Философия космической реальности // Живая Этика. Листы Сада Мории. Книга первая. Зов. М.: Международный Центр Рерихов, Мастер-Банк, 2003.

3. Игнатьев А. Мир Рерихов. Ч.1. Калининград, 2013.

4. Рерих Е.И. Письма: в 9 т. Т. 3 (1935). М.: МЦР, 2001.

5. Рерих Н.К. Шамбала Сияющая. К.: Изумрудная скрижаль, 1998.

6. Шапошникова Л.В. Послание грядущей эволюции // Рерих Н.К. Шамбала. К.: Изумрудная Скрижаль, 1998.

7. Живая Этика. Надземное.

8. Шапошникова Л.В. Великое путешествие: в 3 кн. Кн. 3. Вселенная Мастера. М.: МЦР, 2005.

9. Холл Мэнли П. Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической и розенкрейцеровской символической философии / пер. с англ. В.В.Целищева. Новосибирск: ВО «Наука», Сибирская издательская книга, 1993.

10. Бердяев Н.А. Смысл истории. М.: Мысль, 1990.

11. Рерих Е.И. У порога Нового Мира. М.: МЦР, Мастер-Банк, 2007.

12. Живая Этика. Беспредельность.

13. Рерих Е.И. Письма: в 9 т. Т. 5 (1937). М.: МЦР, 2003.

14. Рерих Е.И. О науке // Культура и время. 2009. № 3. С. 35–41.

15. Живая Этика. Аум.

16. Игнатьев А. Мир Рерихов. Ч.2. Калининград, 2014.

17. Напутствие Вождю. Новосибирск: Изд. центр РОССАЗИЯ Сибирского рериховского общ-ва, 2008.

18. Рерих Н.К. Культура и цивилизация. М.: МЦР, Мастер-Банк,1997.

19. Рерих Н.К. Листы дневника: в 3 т. Т. 1. М.: МЦР, 1999.

20. Живая Этика. Община (Рига).

21. Рерих Е.И. Письма: в 9 т. Т. 4 (1936). М.: МЦР, 2002.

22. Гессе Г. Игра в бисер. СПб.: Азбука-классика, 2005.