Международный Центр Рерихов - Международный Центр-Музей имени Н.К. Рериха

Международная общественная организация | Специальный консультативный статус при ЭКОСОС ООН
Ассоциированный член ДОИ ООН | Ассоциированный член Международной Организации Национальных Трастов
Коллективный член Международного совета музеев (ИКОМ) | Член Всеевропейской федерации по культурному наследию «ЕВРОПА НОСТРА»

Семья РериховЭволюционные действия РериховЖивая ЭтикаМЦРМузей имени Н.К. РерихаЛ.В. Шапошникова
Защита имени и наследия РериховОНЦ КМ КонференцииПакт РерихаЖурнал «Культура и время»Сотрудничество

      рус  eng
версия для печати

В.В. Фролов
доктор философских наук, профессор

Научное рериховедение под огнем невежественной критики

В 2008 году некто О. Ешалова опубликовала в интернете свое открытое письмо главному редактору журнала РАН «Новая и новейшая история» академику РАН Г.Н. Севастьянову с передачей копии этого письма академику-секретарю Отделения историко-филологических наук РАН А.П. Деревянко.

Автор письма в крайне грубой и не уважительной форме выступила с критикой (если это можно назвать критикой) статьи первого вице-президента Международного Центра Рерихов, Генерального директора Музея имени Н.К. Рериха, академика РАЕН и РАКЦ Л.В. Шапошниковой. Статья называлась «Н.К. Рерих как мыслитель и историк культуры» и была опубликована в 4-м номере указанного выше журнала в 2006 году.

В своем письме Ешалова претендует на научность в рассмотрении статьи Л.В. Шапошниковой, в которой исследуются основные «вехи» жизни и творчества нашего великого соотечественника Николая Константиновича Рериха, выдающегося ученого и мыслителя, художника и путешественника, автора Пакта в защиту культурных ценностей.

Однако критические замечания г. Ешаловой так же далеки от научной критики, как сама эта дама, никому из ученых ранее не известная, далека от понимания глубокого философского содержания жизни и творчества Н.К. Рериха.

Истинный научный подход к творчеству Н.К. Рериха, на который претендует Ешалова, состоит в реализации в процессе исследования, научной полемики следующих критериев:


1. Всестороннее знание предмета изучения (критики), предполагающее, в частности, овладение фактической базой исследования. При научном осмыслении творческого наследия Н.К. Рериха или научной критики оппонентов, занимающихся его изучением, особое значение имеет овладение фактами, культурно-историческим, художественным и философским материалом, отражающим жизнь и творчество семьи Рерихов.

2. Применение строгой логики, при помощи которой раскрываются прежде всего причины явлений и их возможные следствия; использование вероятностных методов.

3. Использование соответствующей методологии, позволяющей осуществлять ход исследования так, чтобы в итоге оно приводило к истинному знанию. При изучении творческого наследия Н.К. Рериха ведущей гранью такой методологии выступает новая теория познания, опирающаяся на философию Живой Этики. В этой теории главное место должен занимать синтез как способ мышления, познания и практической деятельности.

4. Рассмотрение предмета изучения в соответствующем научном, культурно-историческом и философско-мировоззренческом контексте. Подчеркнем еще раз, что изучение жизни и творчества Н.К. Рериха может принести плодотворные результаты, если проблематика исследования анализируется с позиций философии Живой Этики, идеи которой пронизывают все творчество Мастера. Набор этих критериев отнюдь не исчерпывается сформулированными пунктами. Но они, на наш взгляд, являются основными.

Если мы рассмотрим письмо г. Ешаловой с этой точки зрения, то увидим, как это покажет анализ ее письма, что ни один из критериев или требований научного подхода ею не только не соблюдается, но и сознательно игнорируются. Более того, как видно из письма автора в журнал «Новая и новейшая история», применяемые ею методы практически один к одному повторяют приемы советской идеологической критики, ставившей целью не выяснение истины, а дискредитацию оппонента. На современном языке это называется черным пиаром.

При таком подходе главное не истина, а количество огульных обвинений в адрес соперника. В письме Ешалова эту неблаговидную цель пытается достигнуть путем всевозможных нападок не только на труды Л.В. Шапошниковой, но и на Международный Центр Рерихов (МЦР), первым вице-президентом которого она является. Примером может служить обвинение МЦР в том, что его архив «за полтора десятка лет так и не обработан и не доступен во всем объеме для исследователей».[1] Это высказывание убедительно свидетельствует о том, что автор рассматриваемого письма берется судить о тех вещах, о которых она не имеет ни малейшего представления. Иначе бы г. Ешалова знала, что научная обработка архивов исключительно сложная и кропотливая научно-исследовательская работа, проводимая высококвалифицированными специалистами годами. Учитывая масштаб архива семьи Рерихов, завещанного МЦР С.Н. Рерихом, подобная работа тем более не может быть проведена за несколько лет. Для примера, архив Нью-Йоркского музея Николая Рериха, созданного в 1949 году, до сих пор не описан даже наполовину. Поэтому прежде чем голословно высказывать критику в адрес МЦР и Л.В. Шапошниковой, Ешаловой следовало бы повысить уровень своих знаний в этом вопросе. Что касается недоступности архива МЦР, то это тоже не соответствует действительности. Многие серьезные ученые, занимающиеся исследованием наследия Рерихов, имеют возможность беспрепятственно работать с архивными материалами. Кроме того, состав архива представлен на сайте Международного Центра Рерихов в Интернете.

На страницах своего письма Ешалова так же декларативно утверждает о полной несостоятельности «в научном плане»[2] книги Л.В. Шапошниковой «Мастер»[3], посвященной жизни и творчеству Н.К. Рериха. Между тем эта монография по праву является новым словом в современном рериховедении, поскольку в ней впервые творчество Н.К. Рериха рассматривается с позиций философии Живой Этики, составляющей основу мировоззрения выдающегося деятеля мировой культуры. Такой подход позволяет увидеть в «вехах» его жизни и творчества внутренний, глубокий смысл и тем самым раскрыть их эволюционное значение. Остается только сожалеть о том, что «двадцать лет занимаясь творчеством замечательного нашего соотечественника»[4] Ешаловой оказалась недоступной философская глубина воззрений Н.К. Рериха, без которой понимание его личности и творчества невозможно.

Такое же незнание фактов и даже их искажение делают несостоятельной претензию Ешаловой на научную критику в отношении статьи Л.В. Шапошниковой «Рерих как мыслитель и историк культуры» и в дальнейшем. В том числе по вопросам, не имеющим никакого отношения к самой этой статье. Это, например, обнаруживается, когда Ешалова пишет, будто Л.В. Шапошникова свою книгу «Мастер» «представила <…> в ВАК как альтернативу докторской диссертации В.А. Росова «Русско-американские экспедиции Н.К. Рериха в Центральную Азию (1920-е и 1930-е годы)»[5].

Факты говорят совсем о другом. Книга «Мастер» Л.В. Шапошниковой, в которой на огромном культурно-историческом и философском материале раскрывается эволюционно-историческое значение Центрально-Азиатской экспедиции, ее цели, основные этапы и научные результаты, была направлена в ВАК вместе с работами Рерихов и с критическими замечаниями на диссертацию Росова с тем, чтобы экспертный совет ВАК по историческим наукам имел возможность ознакомиться с ними и установить, что Н.К. Рерих никогда не занимался политикой и не собирался создавать новое государство в Центральной Азии, как утверждает в своей диссертации В.А. Росов.

Из письма Ешаловой видно, что она поддерживает эту диссертацию, в которой дан искаженный и не соответствующий исторической правде образ Н.К. Рериха. В то же время высказывания большой группы российских и зарубежных ученых с аргументированной научной критикой этой диссертации Ешалова именует «травлей В.А. Росова» и выливанием «грязи» на тех представителей исторической науки, которые «давали положительные отзывы на его диссертацию»[6]. Ни один уважающий себя ученый в научной полемике с оппонентами не опустится до употребления площадных выражений «травля» и «грязь», ибо это прием не научный, а на уровне скандала. Ешалова же, наоборот, ничуть не колеблясь, высказывается именно таким образом, фактически расписываясь в своей некорректности и грубости.

Итак, подведем хотя бы предварительные итоги анализа ее письма в редакцию журнала «Новая и новейшая история». Не разбираясь в сути вопроса, Ешалова голословно обвинила Л.В. Шапошникову в недостаточности усилий по научной обработке архива МЦР, высказываясь о книге Л.В. Шапошниковой «Мастер» как о якобы альтернативе докторской диссертации Росова, автор письма исказила факты. И, наконец, в критических суждениях большого числа ученых, выступивших против выводов диссертации Росова, Ешалова, выдавая «белое за черное», узрела «травлю» и «грязь». Разве можно считать приемы черного пиара научными методами? Совершенно очевидно, что такая, с позволения сказать, «критика» не только не имеет с наукой ничего общего, но и мешает ее развитию.

Вновь обратимся к содержанию письма Ешаловой, в котором она пишет, что «г. Шапошникова никогда <…> не подтверждает своих умозрений примерами». Мы должны заметить, что здесь проявился псевдонаучный стиль мышления автора письма, напоминающий многие работы по философии 50-х–60-х годов прошлого столетия в СССР, в которых к общим, умозрительным положениям (законам диалектики и т.д.) надо было обязательно подбирать конкретные примеры с тем, чтобы показывать хотя бы видимость истинности и действенности этих положений.

Ешалова также обнаруживает полнейшее непонимание научной методологии статьи Л.В. Шапошниковой «Н.К. Рерих как мыслитель и историк культуры» и других ее работ, что приводит к огульному обвинению их автора в несуществующих промахах и недостатках. Эти недостатки Ешалова придумывает сама, а затем делает их объектом своей критики. Между тем в статье Л.В. Шапошниковой, Н.К. Рерих впервые в исторической науке рассматривается как историк, обладавший способностью рассматривать исторические факты и события в тесной взаимосвязи с метаисторическими, глубинными причинами их проявления. Осмысление исторического процесса как космического явления служит базой для многих философских обобщений Л.В. Шапошниковой, сам исторический процесс исследуется ею с позиций единства его внутреннего, метаисторического смысла и его внешнего проявления. Такой подход позволяет автору на обширном культурно-историческом материале раскрыть внутренний смысл научной и общественной деятельности Н.К. Рериха как незаурядного ученого-мыслителя, блестяще владевшего новым космическим мышлением.

Приклеивание ярлыка «залежалости», «устарелости» к работам Л.В. Шапошниковой и в частности к книге «Мастер», идеи которой используются Людмилой Васильевной в ее статье в «Новой и новейшей истории», – еще одна «методологическая находка» Ешаловой. То, что каждый автор вправе использовать тексты своих прежних статей и книг в последующих работах (к примеру, в новом культурно-историческом контексте, для решения новых творческих задач), едва ли у кого вызовет сомнение. Поэтому обвинение Ешаловой в адрес Л.В. Шапошниковой «в приспосабливании для своей статьи текстов старых книг»[7] оставим на совести этого «критика».

Но вот относительно «устарелости» научно-философских работ Л.В. Шапошниковой следует сказать особо. Вопреки заявлениям Ешаловой они носят оригинальный и пионерский характер, так как работы эти написаны с позиций новой одухотворенной науки. В них развиваются философские идеи Живой Этики, содержащей основы философии космической реальности. Автор этих строк, имеющий в силу своей специальности непосредственное отношение к философии, может свидетельствовать, что ничего подобного работам Людмилы Васильевны пока не создано и поэтому ее труды еще долго не утратят своего значения и будут оставаться актуальными. Свидетельство тому сборник научных статей «Живая Этика и наука», в котором собраны работы современных историков, философов, представителей других научных направлений. В этих статьях в качестве философских и методологических ориентиров применяются разработки из трудов Л.В. Шапошниковой.

Далее в своем письме Ешалова, используя далекие от науки приемы, пытается критиковать ряд важнейших открытий, сделанных Л.В. Шапошниковой в процессе исследования творчества Н.К. Рериха и представленных в ее статье «Н.К. Рерих как мыслитель и историк культуры». Речь идет о методе вех и теории исторической живописи. «Критиковать» – это сильно сказано. Ешалова позволяет себе ерничать не только по отношению к Л.В. Шапошниковой, но и к Николаю Константиновичу Рериху. «По представлению г. Шапошниковой, – пишет она, – Рерих только и делал, что ставил вехи и «метил» все, что ни попадалось ему на пути: так он «неожиданно метил Время и Пространство» <...>, вехи расставлял «в своих картинах и экспедиционных дневниках» <...>, «на динамичном мире кочевников» <...>, на «древних миграциях народов»[8]. Таким образом, Ешалова неуважительно высказывается не только об идеях Л.В. Шапошниковой, но и о том, что составляло основное содержание научно-философского и художественного творчества Николая Константиновича Рериха.

В письме Ешалова отмечает, что двадцать лет занимается творчеством Н.К. Рериха. Но тогда ей надо было прочитать очерк Н.К. Рериха «Вехи», в котором выдающийся ученый раскрывает глубинный смысл этого понятия. Вехи – это встречаемые людьми особые, таинственные знаки, – знаки жизни, творчества. Внимательность к ним открывает новые возможности. «Уроки внимательности будут и опытами благожелательства, и на этих путях уже приуготовлена верная охрана. По этим вехам пройдут путники»[9], – пишет Николай Константинович.

Как бы напутствуя тех, кто пойдет по намеченному им пути, Рерих расставлял своеобразные вехи в сюжетах художественных полотен, в изучении мира кочевников, древних миграций народов и т.д. Творческие открытия Н.К. Рериха – это и есть вехи или знаки для нас, живущих сегодня. Они побуждают научную мысль к новым открытиям и поискам. Именно в этой интереснейшей работе Николая Константиновича, других его трудах закладывался «метод вех», который он применял и который использует Л.В. Шапошникова при исследовании различных граней творчества Мастера и прежде всего при осмыслении его уникальной Центрально-Азиатской экспедиции.

Между тем значение этой экспедиции Рериха для Ешаловой осталось не понятым. Поэтому она и задает вопрос о том: «как понять фразу (из статьи Л.В. Шапошниковой. – В.Ф.), что «Центрально-Азиатская экспедиция была самым важным, если не самым главным событием жизни Рериха»[10]?» Именно так, как написано в статье, ибо в такой оценке Центрально-Азиатской экспедиции Л.В. Шапошниковой выражается позиция самого Н.К. Рериха. Более того, эта экспедиция была главным делом всей жизни Николая Константиновича. И вот почему: «Маршрут Центрально-Азиатской экспедиции, – поясняет Л.В. Шапошникова, – пролегал по землям древнейших культур Азии. Каждая из этих культур уже представляла огромное поле для исследования. Рерих не углублялся в исследование конкретных особенностей каждой отдельной культуры, а искал то, что связывало отдельные культуры во Времени и Пространстве. Он искал общее, а не частное, сходство, а не различие. Его интересовали широкие проблемы путей культурного взаимодействия различных народов, механизм преемственности в формировании многослойных традиционных культур, и, наконец, поиск источников, создававших целые культурные общности. Иными словами, Рерих вел свои исследования в широких границах длительных и сложных процессов, созидавших культурно-историческую общность человечества в целом. Вехи, которые он расставил в своих картинах и экспедиционных дневниках, были вехами этих процессов.

Рерих пометил своими вехами непреходящие элементы в культурной традиции тех народов, с которыми он имел дело на экспедиционном маршруте. Эти вехи не утратили своего значения и сейчас»[11].

Такие Вехи мы находим в картинах Н.К. Рериха, на которых запечатлены свидетельства многих исторических событий прошлого или даны пророчества о событиях будущего. Как это ему удавалось? Дело не только в том, что «в них, – как пишет Ешалова, – отразились его археологические и исторические знания»[12]. Это очень плоская и механическая трактовка художественного творчества Рериха. Совершенно иной, новый взгляд на культурное наследие Рериха вносит Л.В. Шапошникова. Она открывает в его творчестве новые, ранее не проявленные грани. Мастер, по ее мнению, обладал даром духовного видения, чувствовал дух той или иной эпохи, исторического события и запечатлевал это в картинах. «Он настаивал на том, – пишет Л.В. Шапошникова о Рерихе, – чтобы смотрящий картину с историческим сюжетом смог окунуться в прошлую жизнь, не выдуманную художником, не нафантазированную им, а вполне реальную».[13] Именно эту реальность раскрывает в картинах Рериха Л.В. Шапошникова, которая показывает, что Рериху в познании исторической реальности и не только настоящей, но и будущей, было присуще органическое единство исторического познания и художественного творчества. «Внутриисторическое пространство, – отмечает Л.В. Шапошникова, – является источником прогнозов для будущего. Если мы внимательно просмотрим труды Рериха, то найдем в них немало пророчеств общего и частного характера»[14].

Приведем еще один штрих из письма Ешаловой, иллюстрирующий полное непонимание ею самого процесса научного творчества. Отсутствие такого понимания лишает ее морального права претендовать на научность критики статьи Л.В. Шапошниковой, вообще ее философского творчества. Ешалова обвиняет Л.В. Шапошникову в компиляции своих собственных работ (оценку этому моменту мы дали выше) и книги Лазаревич О.В., Молодин В.И., Лабецкий П.П. «Н.К. Рерих – археолог». Понятно, что никаких заимствований из чужих работ в статье Л.В. Шапошниковой нет. Хотя, чтобы не быть голословным, приведем одну иллюстрацию тезиса Ешаловой из ее письма.

Цитата из статьи Л.В. Шапошниковой: «Исследовать каменный век Рерих начал в 1902 г. с раскопок курганов под Новгородом, затем раскопки охватили Петербургскую и Тверскую губернии»[15]. Цитата из книги «Н.К. Рерих – археолог»: «Исследование древнейшего периода в истории человечества, каменного века, в недрах которого зародилась не только материальная, но и духовная культура, Н.К. Рерих начал в 1902 г. с изучения так называемых курганов каменного века в Боровичском уезде Новгородской области, которые он выделил как отдельный тип погребальных памятников»[16]. И в статье Л.В. Шапошниковой, и в книге «Н.К. Рерих – археолог» изложены факты археологической деятельности Н.К. Рериха. Проанализируем их. Непреложными, обязательными в описании этой ситуации являются несколько фактов: Рерих начал указанные раскопки в 1902 г., он их вел в Новгородской области, раскопки были исследованием каменного века.

По странной логике Ешаловой, чтобы избежать обвинения с ее стороны в заимствовании у других авторов, Л.В. Шапошникова не должна была эти факты излагать? Или по той же логике исключается, что Л.В. Шапошникова занималась или может заниматься самостоятельными исследованиями этого вопроса по другим источникам (в которых перечисленные факты содержатся), а не только по книге «Н.К. Рерих – археолог»? И последнее. Современные и будущие исследователи, которые в своих работах для решения своих творческих задач приведут указанные факты археологических изысканий Н.К. Рериха, по логике Ешаловой также попадут в разряд плагиаторов? Если Ешалова в таком виде представляет логику научного творчества, то мы можем сказать только одно – это логика не современного ученого, а невежественного человека, стоящего на позициях лженауки да к тому же использующего ее в целях черного пиара.

Но дальше – самое главное. Автор письма принижает творчество Н.К. Рериха, считая, что оценка его творчества Л.В. Шапошниковой в эпитетах превосходной степени не имеет оснований. К примеру, Л.В. Шапошникова называет Н.К. Рериха «крупнейшим историком и археологом», «блестящим историком». «Превосходная степень щедрой рукой насаждается по всему тексту статьи, к концу которой у читателя не должно остаться сомнений, что Рерих – воплощенное божество»[17]. «Это обожествление Рериха, – отмечает Ешалова, – в ущерб историчности служит ему дурную службу»[18].

По логике Ешаловой, эпитеты превосходной степени типа «выдающийся», «великий», «крупнейший» и т.д. превращают в нашем сознании Н.К. Рериха в божество. Но почему Ешалова присваивает себе право выступать от имени всех читателей работ Л.В. Шапошниковой и, самое главное, исследователей творчества Н.К. Рериха? Эпитеты превосходной степени по отношению к Н.К. Рериху ни в коей мере не противоречат историчности, ибо Николай Константинович действительно великий ученый и оригинальный мыслитель, известнейший художник и крупнейший путешественник, выдающийся общественный деятель.

В научной среде есть совсем другие и, как мы считаем, истинные оценки вклада Н.К. Рериха в науку, философию, культуру, художественное творчество. «Н.К. Рерих внес поистине огромный вклад в археологическую науку как в сфере накопления археологических и этнографических источников, так и в области разработки методов исследования археологических объектов, что, безусловно, ставит его в один ряд с выдающимися деятелями отечественной и мировой науки»[19]. «Неординарные, в духе Н.К. Рериха идеи в археологии доселе стоят дорого. Они, вообще-то, бесценны, как захватывающие сюжеты в художественной литературе высокого класса. Надо лишь терпеливо ждать, когда наступит их время и они будут полностью востребованы»[20]. «Огромный вклад внес Н.К. Рерих в дело сохранения историко-культурного наследия России и других стран»[21]. «Научная и общественная деятельность Н.К. Рериха была столь многогранна и результативна, что получила заслуженное мировое признание еще при жизни ученого. Он состоял членом более чем сорока научных и культурных учреждений мира <…>. В 1929 г. Парижский университет выдвинул кандидатуру Рериха на звание лауреата Нобелевской премии Мира»[22]. И таких высказываний о Н.К. Рерихе можно набрать на целую книгу.

Далее Ешалова окончательно расписывается в своей полнейшей научной несостоятельности относительно понимания творчества Н.К. Рериха. Она находит противоречие в том, что «крупнейший и блестящий историк Рерих» «не писал объемных монографий, связанных с его историческими исследованиями. Он вел экспедиционные дневники, писал очерки и художественно оформленные размышления»[23]. Но здесь Ешалова намеренно обрывает цитату, которая имеет следующее продолжение: «Он писал точно и кратко, некоторые его высказывания стоят целых монографий, ибо они были подкреплены всегда убедительным научным материалом»[24]. Таким образом, Ешалова, пытаясь оценить вклад Н.К. Рериха в отечественную и мировую культуру через количество монографий и печатных листов, совершенно не понимает величие и бесценность творческих нахождений Мастера. Это говорит лишь о том, что ею не воспринята и не освоена современная методология рериховедения – философия Живой Этики, лежащая в основе всего творчества Н.К. Рериха.

У Ешаловой другие методы. К примеру, только что мы показали, как она обрывает цитату из статьи Л.В. Шапошниковой. В то время как продолжение цитаты придает мысли Людмилы Васильевны законченность и большую убедительность. Этим приемом Ешалова пользуется постоянно. Статью Тугужековой В., Павлова Ю., Фролова В. «Культура не политика. К вопросу о неудачной диссертации о Рерихе» (Литературная газета. 20 – 26 сентября 2006 г. № 38.), она цитирует следующим образом: «Ценность этого исследования (книги Л.В. Шапошниковой «Мастер». – В.Ф.) – в его исторической достоверности. Автор книги в разработке своей концепции жизни и творчества Рерихов опирался на труды Рерихов, архив семьи Рерихов МЦР и, самое главное, на свои непосредственные впечатления»[25]. И далее на основе этой цитаты, не разъясняющей, в чем эти впечатления состоят, Ешалова формулирует оценочное суждение: «Л.В. Шапошникова наиболее полно раскрывает жизненный путь Рериха, опираясь на «свои личные впечатления». Комментарии излишни!»[26]. Однако приведем продолжение купированной Ешаловой цитаты: «...впечатления, полученные в процессе многолетнего общения с С.Н. Рерихом и во время путешествия по маршруту Центрально-Азиатской экспедиции, который Л.В. Шапошникова почти весь прошла в конце 70-х – начале 80-х годов прошлого века»[27]. Комментарии излишни!

Итак, Ешалова выступила с претензией на научную критику статьи Л.В. Шапошниковой «Н.К. Рерих как мыслитель и историк культуры». Но на поверку вышло совсем другое. Ни один из критериев научного подхода к творчеству Н.К. Рериха и современному рериховедению в письме Ешаловой так и не удалось выдержать. Она, к сожалению, так и осталась на шатком и ненадежном основании невежественной критики в адрес Л.В. Шапошниковой – основоположника научного рериховедения.



1 Ешалова О. Открытое письмо главному редактору журнала «Новая и новейшая история» Г.Н. Севостьянову // Сайт «Адамант», 19.03. 08.

2 Ешалова О. Открытое письмо главному редактору журнала «Новая и новейшая история» Г.Н. Севостьянову.

3 Шапошникова Л.В. Мастер. – М.: МЦР, 1998.

4 Ешалова О. Открытое письмо главному редактору журнала «Новая и новейшая история» Г.Н. Севостьянову. – С. 1.

5 Ешалова О. Открытое письмо главному редактору журнала «Новая и новейшая история» Г.Н. Севостьянову. – С. 2.

6 Ешалова О. Открытое письмо главному редактору журнала «Новая и новейшая история» Г.Н. Севостьянову. – С. 2.

7 Ешалова О. Открытое письмо главному редактору журнала «Новая и новейшая история» Г.Н. Севостьянову. – С. 3.

8 Ешалова О. Открытое письмо главному редактору журнала «Новая и новейшая история» Г.Н. Севостьянову. – С. 6.

9 Рерих Н.К. Листы дневника. Т. 1: (1931– 1935). – М.: МЦР, Мастер-Банк, 1999. – С. 329.

10 Шапошникова Л.В. Н.К. Рерих как мыслитель и историк культуры // Новая и новейшая история. 2006. № 4. Июль-август. – С. 142.

11Шапошникова Л.В. Н.К. Рерих как мыслитель и историк культуры // Новая и новейшая история. 2006. № 4. Июль-август. – С. 148.

12 Ешалова О. Открытое письмо главному редактору журнала «Новая и новейшая история» Г.Н. Севостьянову. – С. 6.

13 Шапошникова Л.В. Н.К. Рерих как мыслитель и историк культуры.– С. 136.

14 Шапошникова Л.В. Н.К. Рерих как мыслитель и историк культуры.– С. 158.

15 Шапошникова Л.В. Н.К. Рерих как мыслитель и историк культуры.– С. 131.

16 Лазаревич О.В., Молодин В.И., Лабецкий П.П. «Н.К. Рерих – археолог». – Новосибирск: Изд-во Института археологии и этнографии СО РАН, 2002. – С. 16.

17 Ешалова О. Открытое письмо главному редактору журнала «Новая и новейшая история» Г.Н. Севостьянову. – С. 9.

18 Там же.

19 Лазаревич О.В., Молодин В.И., Лабецкий П.П. «Н.К. Рерих – археолог». – С. 87.

20 В. Ларичев. Романтическая археология (беглые заметки редактора на заданную тему), в кн.: Лазаревич О.В., Молодин В.И., Лабецкий П.П. «Н.К. Рерих – археолог». – С. 8.

21 Лазаревич О.В., Молодин В.И., Лабецкий П.П. «Н.К. Рерих – археолог». – С. 88.

22 Там же.

23 Шапошникова Л.В. Н.К. Рерих как мыслитель и историк культуры.– С. 158.

24 Там же.

25 Ешалова О. Открытое письмо главному редактору журнала «Новая и новейшая история» Г.Н. Севостьянову. – С. 9.

26 Там же.

27 Тугужекова В., Павлов Ю., Фролов В. Культура не политика. К вопросу о неудачной диссертации о Рерихе // Литературная газета. 20 – 26 сентября 2006 г. № 38.