Международный Центр Рерихов - Международный Центр-Музей имени Н.К. Рериха

Международная общественная организация | Специальный консультативный статус при ЭКОСОС ООН
Ассоциированный член ДОИ ООН | Ассоциированный член Международной Организации Национальных Трастов
Коллективный член Международного совета музеев (ИКОМ) | Член Всеевропейской федерации по культурному наследию «ЕВРОПА НОСТРА»

Семья РериховЭволюционные действия РериховМузей имени Н.К. РерихаТворческие отделыМеждународные конференции
Культурно-просветительская работаЗащита имени и наследия РериховМЦР: общие сведенияСотрудничествоПомощь Музею

      рус  eng
СТРАНИЦЫ  Новости МЦР|Новости сайта|Сохраним Музей Рериха
версия для печати
26.04.2017

Любовь Хоменок. О чем молчат чиновники Минкульта

(размышления об интервью К. Рыбака и Т. Мкртычева
«МЦР трансформировал идеи Рерихов до религиозных воззрений»
корреспонденту «Газета.ru» от 21.03.2017)



Т.К. Мкртычев и К.Е. Рыбак


После известных событий 7 и 8 марта в общественном Музее имени Н.К. Рериха, являющемся неотъемлемой частью Международного Центра Рерихов (МЦР), чиновники Минкульта некоторое время «отстреливались» от журналистов лишь короткими «очередями» официальных комментариев. И только 20 марта два основных организатора и участника ограбления Музея – Тигран Константинович Мкртычев и Кирилл Евгеньевич Рыбак наконец-то дали пространное интервью «Газете.ru» под названием «МЦР трансформировал идеи Рерихов до религиозных воззрений». Обсуждению этого интервью мы и посвятим нижеследующие страницы.

Надо сказать, что упомянутая «сладкая парочка» музейщика и чиновника Минкульта за время попыток уничтожить Музей Рериха неплохо сработались. Правда, сами они представляют собою два совершенно разных человеческих типа, что хорошо видно из их ответов на вопросы корреспондента.

Ответы Рыбака напоминают сухие и гладкие отписки типичных чиновников, с которыми сталкиваются множество простых граждан, по самым разным поводам рассылающих в различные инстанции свои полные отчаяния письма. Об эти инстанции, как о толстые, высокие и серые стены, можно биться головой, можно забрасывать их градом фактов и доказательств своей правоты, но они будут оставаться недвижимыми и безмятежными.

Совсем другое дело – Мкртычев. Его ответы скользкие и изворотливые [1]. Беседуя с интеллигентным человеком, он может выдавать себя за интеллигента, эдакого благочестивого святошу «с принципами», как это было, к примеру, в беседе с корреспондентом «Новой Газеты» Валерием Ширяевым. «Я заметил, что МЦР не сдастся, – пишет журналист, – как будущий директор (имеется в виду Т.К. Мкртычев. – Л.Х.) будет действовать? Тигран Константинович заверил, что он порядочный человек и все будет сделано строго через суд или добровольно» [2]. Но тот же Мкртычев холодно и жестко, будто всю жизнь работал в карательных органах, 7 марта приказывал ОМОНовцам: «Ломайте дверь (в Музей Рериха. – Л.Х.)». Получив команду, те ворвались в залы Музея и устроили погром.

Правда, ему недостает одного важного навыка – ему плохо удается скрывать ложь. Так что многочисленным подыгрывающим ему СМИ приходится делать над собой некоторое усилие, чтобы сводить концы с концами и удерживать при себе естественно возникающие неудобные вопросы. Другое дело – Рыбак. Этот лжет, опираясь на всевозможные директивы, постановления и решения, мягко опуская неугодные ему факты и документы. Интервью, о котором идет речь, не является исключением. Не видим смысла отвечать на все выпады наших «партнеров», местами граничащие с абсурдом. Но на некоторых, особенно одиозных, местах остановимся.

Так, Мкртычев посреди беседы выпалил: «…говоря о МЦР, мы говорим вовсе не о реальном художественном и историческом наследии Рерихов». Позвольте, но ведь сам МЦР нигде и не заявлял, что является частью художественно-исторического наследия Рерихов. Это было бы как минимум странным. Международный Центр Рерихов – общественная организация, сохраняющая и популяризирующая наследие знаменитой семьи, в том числе через созданный при нем музей. Столь же нелепым выглядит и утверждение Рыбака: «Общественная организация – это одна организационно-правовая форма юрлица, а учреждение – другая организационно-правовая форма, следовательно, МЦР – не музей де-юре». С этим никто никогда и не спорил. Ведь согласно Уставу МЦР, музей является его внутренним структурным подразделением, но наряду с ним существует еще и научный отдел, издательская группа, библиотека и т.д. Складывается впечатление, что отвечавшие корреспонденту «Газеты.ru» на вопросы, сознательно делали вид, что ничего не понимают в структуре рериховского Центра. Хотя за такого рода информацией можно было бы обратиться к официальному сайту МЦР или непосредственно к руководству МЦР.

«Разговоры о том, что Минкультуры недовольно Международным Центром Рерихов, ходили очень давно, – приступила корреспондент "Газеты.ru " Александра Борисова сразу к теме беседы. – Почему к решительным действиям перешли только сейчас? (7‑8 марта. – Л.Х.)». Рыбак, разумеется, сразу открестился от налета на Музей Рериха и рейдерского захвата произведений Рерихов, документации и архива Советского Фонда Рерихов, заявив: «...нас …пригласили в качестве специалистов в области учета культурных ценностей, а также для помощи в идентификации изымаемых произведений искусства, их научном описании и упаковке». Ну, а что мог ожидать этот корреспондент? Что Рыбак честно признается в организации рейдерского захвата МЦР? Смешно! Несмотря на официальные уверения, сотрудники МЦР могут рассказать, как советник министра культуры Рыбак в лучших традициях 1937 года рыскал по кабинетам Центра, рылся в ящиках столов и шкафах, видимо, с целью этой самой «идентификации». Как под прикрытием автоматов выгребал бесценные архивные документы, видимо, для их «научного описания». Как приказывал забирать даже копии дарственных на картины Рерихов, предварительно их «упаковав». Именно к нему, чиновнику Минкульта, а не к правоохранительным органам у сотрудников МЦР претензий больше всего. Силовики, ворвавшиеся в тот день на территорию усадьбы и обращавшиеся с сотрудниками МЦР, как с преступниками, делали это при молчаливом согласии Рыбака и Мкртычева. И понятно, почему были устроены эти «маски-шоу». У этой «сладкой парочки» просто-напросто не хватало аргументов, чтобы изъять картины и архивные документы, не относящиеся к уголовному делу Б.И. Булочника. Вот и прихватили в качестве главного аргумента ОМОН.

И при всем этом Рыбак имеет наглость упрекать МЦР в «скандализме»! Дескать, зря МЦР волнуется и пытается защитить наследие Рерихов многие годы от вороватых чиновников! Зря придирается к безгрешным «слугам народа», которые собираются уничтожить общественный музей, захватить наследие Рерихов и поселиться в усадьбе Лопухиных, которую он сейчас занимает. А ведь речь не только о материальном имуществе – не только о недвижимости или картинах! Речь о том, что нарушается воля последнего из Рерихов – художника Святослава Рериха, безвозмездно передавшего наследие своей семьи Родине и принципиально настаивавшего на особом – общественном – статусе Центра, куда это наследие поступало. При этом, конечно, Рыбак умалчивает о том, что против общественной организации действует вся государственная машина, включая ОМОН, МВД, судебные органы, большинство СМИ и т.д. Представляете – человек идет вечером по улице, вдруг, откуда ни возьмись, бандиты. Он естественно пытаетесь защититься и при этом изо всех сил зовет на помощь, а напавшие, методично обчищая его карманы, называют его скандалистом, который, дескать, зря поднимает крик по такому пустяковому поводу. Безусловно, чиновники Минкульта предпочли бы блиц-криг – стремительное наступление и быстрый захват крепости. Однако слишком грубо и напористо государственные чиновники все эти годы не решались действовать. Как-никак известная организация, десятки тысяч почитателей творчества Рерихов во многих странах. К чему шум? Действовали, «давили» понемногу. Но теперь их терпение лопнуло, и они стали действовать, не скрывая своих целей, направленных на разрушение общественного Музея имени Н.К. Рериха и захват наследия семьи Рерихов.

Сколько учреждений культуры кануло в Лету за годы правления Мединского! Достаточно вспомнить многострадальный Музей русской матрешки, с которого, собственно, новый министр и начал свою «реформаторскую» деятельность. Много раз его сотрудники, в основном пожилые интеллигентные женщины, обращались со слезными письмами к высокопоставленным чиновникам защитить культурное достояние России, ее народный символ – веселую румяную матрешку. Но чиновники – эти горе-патриоты – их не услышали. В результате – такой же «тихий погром» с участием ОМОНа, и бабушки-одуванчики оказались на улице с охапками бездомных теперь русских кукол [3]. Видимо, чиновники Минкульта разрабатывали подобный сценарий и для общественного Музея Рериха. Однако все начало разворачиваться совсем не так, как они предполагали, и очередной «тихий погром» вдруг обернулся грозной бомбой общественного мнения, которому не могут противостоять ни ангажированные СМИ, ни сухие отписки чиновников. Этот гигантский разлад применительно к общественному Музею имени Н.К. Рериха между так называемой «официальной позицией» и мнением народа заметен в последнее время все больше. И тем не менее, слепые и глухие чиновники не хотят видеть его разрушительные последствия. Вместо этого Рыбаку приходится снова усиленно напрягаться, перебирая разные варианты возможных обвинений против МЦР.

И вот новая уловка Минкульта – попытка «привязать» МЦР к уголовному делу главы Мастер-Банка Бориса Ильича Булочника. Различные ангажированные СМИ, не имея доказательств, уже во всеуслышание заявляют, что МЦР – «прачечная Мастер-Банка». Даже такая, претендующая на объективность передача как «Человек и Закон», призванная выдавать юридически грамотную и выверенную информацию, опустилась до уровня «желтой прессы» и совершенно забыла о презумпции невиновности. Вот и обсуждаемая статья в «Газете.ru» не стала исключением. «Как все это связано с делом Бориса Булочника?» – вопрошает корреспондент. Рыбак прозрачно намекает, что Булочник входил в Правление МЦР. Обратите внимание, Булочник был не владельцем Музея, как делают сегодня многие бизнесмены, не президентом МЦР, а всего лишь одним из членов его Правления. И при этом совершенно безвозмездно дарил общественному Музею сотни произведений Рериха. История Б.И. Булочника чем-то сродни истории знаменитого мецената начала XX века С.И. Мамонтова. Он так же, как Борис Ильич, покровительствовал искусствам, так же был обвинен в хищениях (по одной из версий, его попросту очень хитро «подставили» некоторые весьма влиятельные люди – не произошло ли что-то подобное и с Булочником?). Правда, Савву Мамонтова оправдали, и хотя конфисковали все его имущество, культурные центры, которые он создал, не пострадали. На суде его защищал знаменитый адвокат Ф.Н. Плевако, который сразу указал на одну немаловажную деталь: «Ведь хищение и присвоение, – говорил он, – оставляют следы: или прошлое Саввы Ивановича полно безумной роскоши, или настоящее – неправедной корысти. А мы знаем, что никто не указал на это» [4]. Вот и Борис Ильич не яхты покупал, не дворцы строил, а помогал, помогал, помогал… Причем не только МЦР, но и другим культурным организациям и начинаниям. Среди них: Московская консерватория имени П.И. Чайковского, Театр детской книги «Волшебная лампа» для детей-инвалидов, танцевальная группа «Игра» при Государственном Доме культуры «Надежда» для инвалидов, Московский Музей Серебряного века, Музей-усадьба Н.К. Рериха в Изваре, Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры, детские дома, библиотеки, народные промыслы… Именно Б.И. Булочнику Россия обязана сохранением уникального вида русского искусства – жостовской росписи. Но об этих добрых делах Бориса Ильича сейчас не принято вспоминать. Вот и Рыбак о них молчит, и при этом снова ведет наступление на МЦР. «Не стоит забывать, – утверждает он, – что у Центра Рерихов до сих пор имеется возможность реализовывать находящиеся в нем произведения на внутреннем антикварном рынке. Попросту говоря, продавать, менять, дарить – их Устав этого не запрещает». Эти слова советника министра корреспондент даже выделил, увеличив шрифт. Правда, как всегда, Рыбак умалчивает, что за время своего существования Центром не было продано или подарено, или хотя бы пущено в обмен ни одного произведения или документа из наследия Рерихов. Это подтвердили и многочисленные проверки самых разных ведомств, инициированные Минкультом, результаты которых Рыбак, конечно же, опускает. Но зато видно, что мысль нажиться на рериховском наследии не дает покоя. Недаром Мкртычев ставит под сомнение подлинность изъятых у МЦР картин Рерихов. Вероятно, готовят почву для их тихой продажи… Благо и опыт такой имеется: МЦР неоднократно заявлял о пропаже картин из коллекции С.Н. и Н.К. Рерихов, четверть века незаконно удерживаемой Музеем Востока [5]. Известен также вопиющий случай участия одного из сотрудников ГМВ В.А. Росова в продаже картин Н.К. Рериха из печально известной квартиры Ю.Н. Рериха, в которой долгие годы жил авантюрист В.Ю. Васильчик [6].

Дальше эстафету газетной лжи подхватывает Т. Мкртычев. С какой-то безудержной страстью он снова и снова повторяет одну и ту же мысль – о «непрофессионализме» сотрудников МЦР. Даже стерильность фондохранилища общественного Музея, столь удивившую Рыбака, он приписывает все тому же их «греху». «Нет, дело не в условиях хранения, – подхватывает он. – Это связано с тем, что сотрудники МЦР, как правило, в подавляющем большинстве не являются специалистами ни в одной из отраслей музееведения». Итак, именно непрофессионализмом сотрудников МЦР Т. Мкртычев объясняет полное соответствие условий хранения экспонатов в общественном Музее принятым стандартам (электронная система слежения за климатом, строгий бактериологический контроль, оборудованное по последнему слову техники помещение и т.п.). Убийственная логика, которая вызовет недоумение не только у любого грамотного музейщика, но даже у здравомыслящего человека. Соблюдать строгий порядок, как раз ту самую стерильность – но уже в правильном смысле – в фондохранилище сотрудников МЦР приучила главный хранитель общественного музея Татьяна Георгиевна Роттерт (1923‑2005), искусствовед, заслуженный работник культуры РСФСР, опытнейший музейный специалист. А вот Рыбак с Мкртычевым, видимо, и понятия не имеют о требованиях к фондохранилищу и регламенту работы в нем, раз воспринимают их выполнение, как диковинку. Да, что говорить – если они даже не стали контролировать 15 человек силовиков, которые ввалились в святая святых музея в верхней одежде, с сумками и позволили себе без перчаток трогать некоторые музейные экспонаты, что в музейной практике строжайше запрещено! Все становится понятным, если вспомнить, что сам Музей Востока находится в аварийном здании, картины Рериха хранятся в подвале, который уже заливался водой (вероятно, не один раз), а климат-контроль в экспозиционных залах, регулируется… открытием форточки (нонсенс для профессионала)! И ведь никто не кричит, что музейные экспонаты в ГМВ находятся в опасности, никто не напускает на них многочисленные комиссии в сопровождении ОМОНа. А как обстоит дело с профессионализмом, скажем, руководящих лиц в известных государственных музеях? Музей «Ленинские Горки» с 2012 по 2016 года находился, а Владимиро-Суздальский музей-заповедник находится в руках человека, который к культуре не имеет никакого отношения. Руководитель этих крупных музейных комплексов И.В. Конышев – по образованию агроном, увольнял массу высококвалифицированных работников, попустительствовал исчезновению целого ряда музейных экспонатов и снискал себе скандальную репутацию [7]. В Музее-заповеднике «Кижи» в 2012 году директором был поставлен губернатор Андрей Нелидов, использовавший памятник всемирного значения в своих личных бизнес-интересах, за что и был арестован в 2015 году [8]. Да и саму культуру у нас возглавляют люди, от культуры весьма далекие [9]. Что же касается профессионализма сотрудников МЦР, то Почетный президент Владимиро-Суздальского заповедника, герой труда РФ Алиса Аксенова оценила его очень высоко. «И вот, зная сотрудников этого, так называемого общественного Музея Рериха, – сказала она, – мы с ними общались, это самые настоящие члены музейного сообщества России» [10].

Однако свой «ударный» аргумент Мкртычев, как и следовало ожидать, приберег на потом. Оказалось, что люди, борющиеся за сохранение общественного музея, – это новая секта, «шапошниковцы»! Собственно, и название самого интервью «МЦР трансформировал идеи Рерихов до религиозных воззрений», видимо, тоже как-то связано с этой еще не получившей развития очередной, как сказали бы психиатры, сверхценной, идеей «зама» по науке Мкртычева. Людмила Васильевна Шапошникова (1926–2015) до недавнего времени являлась генеральным директором Музея имени Н.К. Рериха, она же была и доверенным лицом С.Н. Рериха, свято оберегая волю последнего члена выдающейся семьи от посягательств. Людмила Васильевна не просто привезла наследие Рерихов в Россию, но и при поддержке общественности, в том числе мецената Б.И. Булочника, в «лихие» 90‑е сумела поднять из руин усадьбу Лопухиных, где разместился общественный Музей имени Н.К. Рериха. Она же сумела привлечь к этому делу высококлассных специалистов, широко известных музейному сообществу – архивистов, искусствоведов, фондовиков, реставраторов, ученых-востоковедов, музеологов и т.д. Сотрудники МЦР и многие видные общественные деятели (среди которых – министр иностранных дел Е.М. Примаков, Генеральный директор ЮНЕСКО Ирина Бокова, академик А.Л. Яншин, дирижер Ю.Х. Темирканов, виолончелист М.Л. Ростропович) испытывали и испытывают к ней величайшее уважение как к искреннему преданному подвижнику Культуры, хранителю драгоценного рериховского наследия. Неужели и они тоже – «шапошниковцы»?! Как бы Мкртычев ни кичился своим профессионализмом, как бы ни раздувался от собственной значимости, но, пытаясь разрушить подвижнический труд всей жизни Людмилы Васильевны, он никогда не сможет обрести уважения ни в России, ни за рубежом. Ну, а отношение россиян к подобным заявлениям Мкртычева очень хорошо выразил на своей страничке пользователь Интернета Drolma1: «Международный Центр Рерихов за четверть века своего существования сам стал создателем значительного культурного наследия. Его деятельность связана с именами С.Н. Рериха, Д.С. Лихачева, Ю.М. Воронцова, Е.М. Примакова, Л.В. Шапошниковой, А.Е. Карпова, Ю.Х. Темирканова. Когда на МЦР навешивается ярлык секты, эти имена обычно не называют. Но если кто-то считает, что все вышеперечисленные люди образовали секту, то можно сказать только одно – хочу, хочу в такую секту! Ярлык секты навесить на МЦР не удастся, все время обманывать людей нельзя. Интернет не позволит» [11].

Кроме того, читателям нужно понимать, что Мкртычев, равно как и Рыбак, не просто раболепно выполняют чью-то злую волю, но являются лицами заинтересованными. Ведь их основная задача – отобрать рериховское наследие и выгнать МЦР из усадьбы Лопухиных. Реализация этого замысла облегчается навязчивым повторением мифа о том, что МЦР – это, дескать, не культурная организация, а «тоталитарная секта». Само понятие «секта», отсутствующее в российском законодательстве, не имеет никакого определенного смысла и используется по отношению к самым разным организациям и течениям в качестве уничижительного ярлыка. Обыватель, падкий на всевозможные разоблачения и «жареные» факты, естественно, принимает такие вещи на веру, не утруждая себя размышлениями и проверкой сенсационных заявлений СМИ. Механизм до неприличия прост, но действует безотказно.

Что же касается так называемых «тоталитарных сект», то Мкртычеву следовало бы оглядеться и поискать поближе – среди друзей и сотрудников самого ГМВ. Всем широко известно, как охотно он приглашает на «круглые столы», презентации Н.А. Тоотс – редактора журнала «Дельфис», какая нежная дружба его связывает с бывшим главным хранителем Нью-Йоркского Музея Рериха, бывшим сотрудником ГМВ Д.Н. Поповым, или с каким почетом он принимал лидера организации «Мировая спираль» Германии В. Августата. Все эти люди связаны с весьма сомнительной американской организацией «Люцис Траст» (Траст Люцифера) Тоотс занимает там пост «посланника‑в‑миру», Августат – возглавляет его европейский филиал, а Попов также в свое время оказывал «Люцис Траст» значительные услуги, предоставляя помещение для встреч ее адептов. Все эти люди десятки лет выступают против МЦР и его общественного Музея, сея клевету, посылая подметные письма и приписывая себе роль эдаких выразителей «общественного мнения» международного рериховского движения. Кто знает, может, и Мкртычеву в этом «Трасте» уже пообещали какой-нибудь высокий духовный пост, раз он так привечает ее адептов? Но самое интересное, что по некоторым данным «Люцис Траст» связан со спецслужбами США [12]. Спрашивается – на чьей же стороне выступает ГМВ и чиновники Минкульта, пытаясь уничтожить общественный Музеи имени Н.К. Рериха, который популяризирует наследие Рериха, представляющее для будущего России огромную культурную ценность? Уж не на стороне России – точно.

Но вернемся к нашему интервью. Советник министра культуры Рыбак тоже пытается не отстать от компаньона Мкртычева и выкладывает один за другим свои якобы «козырные карты»: «МЦР, мол, не наследник, не правопреемник Советского Фонда Рерихов» и т.д. Правда, он как всегда, опускает некоторые важные детали, например, такие, как достались Минкульту эти козыри. Дважды суд устанавливал законность получения МЦР наследственного имущества на основании завещания С.Н. Рериха. Первый раз в 2002 году (в 2003 году на основании жалобы тогдашнего Министра культуры М.Е. Швыдкого это решение было отменено), а второй раз уже в 2011 году. Более того, это последнее решение уже вступило в законную силу, и, согласно статье 209 Гражданско-процессуального кодекса России, обжаловать его нельзя было [13]. Но административный ресурс творит чудеса. И вот уже дело снова в суде, а на вопрос: почему не было апелляции в положенное время? (т.е. в течение месяца после вступления решения в силу) – следует ответ, поражающий своей неприкрытой наглостью и цинизмом: тогда, мол, был один министр, у него было одно мнение, а теперь – другой [14]. Получается, что когда министр культуры занимает нейтральную позицию в отношении рериховского наследия, Богиня Фемида действительно слепа, а когда нет, то она открывает сразу оба глаза, да еще внимательно слушает все, что ей прикажут.

Святослав Николаевич Рерих был необыкновенно проницательным и защитил наследие своей семьи двойным юридическим «щитом» от государственных чиновников. Во-первых, это его завещание от 19.03.1990 года, в котором, в частности, говорилось следующее. «В то же время, все части имущества, перечисленные в Приложениях, останутся у Советского Фонда Рерихов, и после моей жизни будут принадлежать исключительно Советскому Фонду Рерихов» [15]. Во-вторых, это специальный документ С.Н. Рериха от 22.10.1992 года о передаче всех прав на принадлежащее ему наследие семьи Рерихов МЦР [16].

Если первый «щит» чиновники все же сумели преодолеть, используя давление на суд и административный сговор, то последний оказался им не по зубам. Именно поэтому МЦР на законных основаниях продолжает распоряжаться наследием Рерихов. То, что МЦР не имеет права на наследие Рерихов, не смогли подтвердить и многочисленные проверки по вопросам законности владения Международным Центром Рерихов культурными ценностями, инициированные Минкультом [17]. Конечно, Рыбаку очень хочется поставить под сомнение подпись С.Н. Рериха именно под этим документом, но даже судья не стал этого делать, поскольку поставить под сомнение подпись владельца, заверенную нотариусом, значит, выказать недоверие всей юридической системе Индии, а это уже, извините, международный скандал. Ну, а как обстоит дело с юридическими правами на наследие Рерихов у Минкульта? Об этом Рыбак снова умалчивает – ведь невозможно говорить о том, чего нет и никогда не было. Так что, при всем желании, на законных основаниях Минкульт не может заполучить наследие Рерихов, принадлежащее МЦР, в свою собственность. Тогда остается один путь – постараться через применение административного ресурса в судах не признать МЦР собственником этого наследия по завещанию. Что чиновники и сделали. И теперь отказывают рериховскому Центру в постановке произведений Н.К. и С.Н.Рерихов на учет в негосударственную часть музейного фонда РФ. К слову скажем, что, согласно статьям 8 и 20 Федерального закона, включение музейных предметов и музейных коллекций в негосударственную часть музейного фонда РФ – это лишь право собственника, но никак не его обязанность. Многие частные коллекционеры этого просто не делают, но почему-то к ним у Минкульта претензий нет, а вот МЦР, который в 2016 году хотел зарегистрировать принадлежащие ему музейные ценности, получил в свой адрес отказы и обвинения. Не правда ли, странно?

Похоже, это ничуть не смущает наших ретивых чиновников. И вот уже Мкртычев придается сладостным мечтам об устройстве государственного музея, во главе которого встанет он – самопровозглашенный радетель и «знаток» рериховского наследия. Как всегда, он обещает будущим посетителям нечто принципиально новое – «другую стратегию изучения и публичного представления наследия семьи Рерихов», «новую современную эстетику композиции», «дискуссионный клуб», «открытую площадку» и т.п.

Нетрудно догадаться, что стоит за всеми этими красивыми слоганами. Достаточно почитать его прошлые интервью или посмотреть недавнее обсуждение концепции будущей выставки картин Н.К. Рериха в Манеже [18]. С каждым разом в его выступлениях и в выступлениях его ближайших соратников все настойчивей звучит мысль о том, что Музей Востока готов принимать Н.К. Рериха лишь в усеченном варианте – только как художника. Что в этом инновационного? Ровным счетом ничего. Мы уже проходили это в советские годы, когда важнейшая (по мнению самих Рерихов!) часть их наследия – этико-философское учение Живая Этика – искусственно выводилась из поля зрения исследователей, что катастрофически понижало научный уровень изучения творчества великой семьи, существенно обедняло смыслы художественных произведений и гуманистических проектов Николая Константиновича. Заметим также, что эта стратегия полностью противоречит концепции экспозиции общественного Музея имени Н.К.Рериха, которая разрабатывалась ближайшей сподвижницей и доверенным лицом С.Н.Рериха – Людмилой Васильевной Шапошниковой. Прежде всего, ее усилиями, совместно с высококлассными специалистами в залах Музея создано уникальное, эстетически и философски насыщенное пространство, которое способствует наиболее полному раскрытию содержания рериховских полотен. Фактически, здесь были реализованы представления о значении и особой миссии музеев, принадлежащие Н.Ф. Федорову, о. Павлу Флоренскому, Н.К. Рериху и другим видным мыслителям. Здесь же нашел свое яркое воплощение научный подход к организации экспозиционного пространства. Надо полагать, именно это и не нравится Мкртычеву – по сути, не понимающему внутреннего смысла наследия Рерихов, который не может смириться ни с чистотой и порядком в фондохранилище общественного Музея, ни с чуждыми его душе смыслами картин великого художника, ни с философией Рерихов…

Что можно сказать в заключении? В общем-то ничего принципиально нового в позиции Министерства культуры по отношению к Музею Рериха обсуждаемое интервью «Газете.ru» не выявило. И тем не менее, оно сделало ситуацию яснее, четче обозначило намерения чиновников. Минкульт не остановится ни перед чем, лишь бы заполучить усадьбу Лопухиных и очень дорогое (для них в прямом смысле) Рериховское наследие. Для этого они без зазрения совести идут и на подтасовку фактов, на неприкрытый обман, применение силы и на административное давление, подкрепляемое циничной юридической эквилибристикой. Их не интересует мнение народа, мнение тех, кто своим трудом создал этот Музей, кто отдал ему многие годы своей жизни. И дело здесь не только в агрессивной – по сути хищнической – политике, направленной против общественного Музея имени Н.К. Рериха. Дело в принципиальных, непримиримых позициях уверенных в своей силе чиновников, с одной стороны, и граждан, права которых попираются, но которые продолжают отчаянно бороться, – с другой (не правда ли, эта ситуация знакома многим людям в нашей стране?). Придумывая свои нелепые обвинения чиновники «от культуры», видимо, сами не замечают того, что являются настоящими преступниками. И это преступление как раз против Культуры, ее фундаментальных основ, а значит, против будущего России, но в этом они, конечно, не сознаются никогда.

________________________________________

[1] http://www.icr.su/rus/protection/heritage/museum/add/khomenok-novye-roli-mkrtycheva.php

[2] https://www.novayagazeta.ru/articles/2017/03/12/71753-obyski-v-muzee

[3] https://www.youtube.com/watch?v=xKWjhJ2omyY

[4] https://secrethistory.su/647-plevako-fedor-nikiforovich.html

[5] http://lib.icr.su/node/1750

[6] https://www.novayagazeta.ru/articles/2008/08/04/37042-nekotorye-obstoyatelstva-vyzyvayut-u-menya-bespokoystvo

[7] https://www.change.org/p/президент-российской-федерации-спасите-владимиро-суздальский-музей-заповедник?recruiter=373880104&utm_source=share_petition&utm_medium=vk&utm_campaign=vk_share

[8] http://www.vesti.ru/doc.html?id=2668071

[9] http://www.icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=5255

[10] https://www.youtube.com/watch?time_continue=6&v=oFPm9JrDg9I (6.30 - 6.46)

[11] https://cont.ws/@drolma1/569894

[12] http://www.lomonosov.org/article/kto_takoij_villi_avgustat.htm

[13] http://www.icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=3139

[14] http://www.icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=5275

[15] http://www.icr.su/rus/news/perevod-zaveshchaniya.php

[16] http://www.icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=4595

[17] http://www.icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=4595

[18] https://www.youtube.com/watch?v=Eq1EHrGyEx8&t=10s



Возврат к списку

Архив: 2013, 2012, 2011, 2010, 2009, 2008, 2007